Книга Его строптивый Огонек, страница 105 – Екатерина Васина

— Ну проблема с телефоном решилась, а я слегка перенервничала поэтому решила потренироваться и расслабиться. — лучшее оружие — это нападение. — Так, Тимофей Сергеевич, что не так?! Ну да, телефон сперли, но зато я цела и невредима, хотя меня едва долбаные самокатчики не сбили. Походу они и телефон сперли, хотя плохо представляю как, потому что они меня едва коснулись. Может, я сама та еще лохушка и его где-то посеяла. В универе забыла или еще где. О, кстати! — я осторожно касаюсь точно окаменевшего мужского плеча под темной рубашкой. — Прикинь, меня второй раз спасает один и тот же чел. Он там где-то работает. Первый раз от сосульки в сторону дернул, сегодня — от самокатчиков.

Ой!

Я тормоз! Наверное, Тиму не слишком понравится, что не он выступил благородным рыцарем. Мужчины вроде к этому очень чувствительны.

Но муж опять удивляет.

— Надо же, какое совпадение! — тянет задумчиво.

— Сама в шоке! — признаюсь в ответ.

У нас с ним странные отношения. Вроде женаты, но мы пропустили конфетно-букетный период. Да и с супружеским долгом не сразу определились.

И вообще…кто говорит, что Тим может меня приревновать? Нет, я ревность не сильно переношу. Это показатель слабости. Но если только чуть-чуть, самую капельку.

Тим вдруг отмирает и берет меня за руку. Зачем-то сажает на диван, неподалеку от которого несет пост Кирюша. Ему скучно, он сегодня час стучал в зеркальце и разговаривал с ним, а теперь вот сидит и косит хитрым глазом в нашу сторону.

— Ева, знаешь, что я ненавижу больше всего?

— Разогревать рыбу в микроволновке?

— Юмор убираем в сторону.

Так, в кофе я ему не плевала это точно. Да и в принципе с утра все было более чем великолепно. Даже сейчас, несмотря на тревогу и усталость, низ живота приятно заныл.

— Ты как-то сказал, что не простишь вранья. — вспоминаю недавний разговор по душам.

— Точно. — голос у него по-прежнему непонятный. — Я надеюсь, что человек, который живет со мной в одном доме не будет мне врать в глаза?

Я сначала не понимаю о ком он.

А после…ощущение точно мне с размаху залепили пощечину. Даже перед глазами звездочки пляшут и в ушах звенит.

Человек, который живет со мной в одном доме. Так вот кто я для него. Не девушка, не человек, с которым я в отношениях, не женушка, как он иногда меня зовет.

Кажется, у меня глаза и нос слегка покраснели.

Очень хочется начать орать матом так, чтобы ушные раковины даже у Кирюши завернулись.

Ну да, как он там говорил: “секс полезен для здоровья”. Ну а ради него можно и лапши девушке на уши навешать.

А я то ему поверила! Он так говорил, что я ему нужна, что он обо мне постоянно думает!

— Ева…

Точно, надо же ему ответить что-то.

— Конечно, я не с-с-с-собираюсь тебе врать. — шипение само собой срывается с губ.

Он достает телефон, который вдруг коротко вибрирует у него в руках. Тим что-то просматривает и хмыкает.

— Как выглядит твой благородный спаситель?

— Блондин. — пожимаю плечами. — А что?

— Можно подробнее? — чего он к этому Косте прицепился?

— Пониже тебя, повыше меня, волосы, как сказала, светлые, морда холеная, смазливая, судя по прикидам, любит носить пальто. И парфюм у него мерзкий. — морщусь, вспоминая тяжелый сладкий запах. — Ну вот, вспомнила и аж затошнило, фу! Воронов, ну на кой хрен ты про него спрашиваешь?