Книга Венецианские маски, страница 64 – Екатерина Васина

— Кому станет лучше? - Забава широко зевнула, возвращаясь в реальный мир. Несмотря на ранний час, за окном уже светило солнце, и его лучи делали номер менее мрачным. Из ванной комнаты слышался шум воды и громкое немузыкальное пение Есении.

— Так, рабочие вопросы. - Вида, уже одетая и причесанная, лучащаяся здоровьем, сидела на краю кровати и несколько озабоченно разглядывала мобильный. - Вставай, нам еще на завтрак надо успеть.

Потом посмотрела на подругу, и Забава увидела легкий оттенок беспокойства в карих глазах подруги.

— Как ты? Игнат - скотина, конечно.

— Не скотина, - внутри кольнуло отголоском вчерашней боли. - В чем-то он и прав: мы полтора года жили отдельно.

— Это не оправдание! - Есения выпорхнула из ванной, мокрые короткие волосы торчали во все стороны. - Блин, всю ночь змеи снились! И ты, Забава.

— Тоже в виде змеи?

— Нет, они тебя куда-то пытались утащить.

— Спасибо, - подруга слезла с кровати. - Это именно то, что мне надо для хорошего настроения! Знать, что в твоем сне меня змеи жрут.

— Они не жрали, - начала Есения, но Вида сделала знак помолчать: видела, что Забаве и так тошно.

Но на самом деле девушке было не так уж и плохо. После вчерашнего остался неприятный осадок, но в глубине души Забава понимала: сама виновата, точнее, виноваты оба. И если Игнат не может больше с ней быть, она не станет делать ему еще хуже. Да, будет скучать по нему. Она уже скучает и кажется, что душу кто-то пожирает по кусочкам. Но еще хуже будет жить вместе и гадать, изменяет ли он или нет, любит или вернулся из жалости.

Игнат тоже выглядел неважно, но тут, скорее, было виновато банальное похмелье. Парень сидел со страдальческим видом и пил кофе. К еде он почти не прикоснулся. В сторону подруг не смотрел.

— Не буду жалеть. - проворчала Забава, изнывая от желания помочь мужу. Вида с Есенией тактично молчали: одна продолжала рыться в планшете, вторая ей помогала.

А у Забавы в сумочке лежали таблетки от головной боли, которые, она знала, всегда помогали Игнату в такие периоды. А вот он, видимо, про них забыл. Впрочем, Забава вообще сомневалась, что он взял хоть какие-то лекарства с собой, кроме антигистаминного. У Игната была стойкая аллергия на шерсть лошадей и собак.

Парень сделал еще один глоток из чашки и потер лоб, поморщился.

— Блин, - ненавидя себя за слабость, Забава вытащила таблетки и пошла к столику мужа.

— Кхм, - Есения пихнула Виду в бок, но подруга только украдкой показала кулак: мол, не спугни.

Игнату так было плохо, что он даже не сразу заметил жену. Вздрогнул только, когда на стол легла бело-голубая упаковка таблеток.

— Бери, - Забава поспешно отдернула руку, чтобы случайно не коснуться Игната. Он пару секунд смотрел на лекарство, потом поинтересовался хриплым голосом.

— Вот зачем ты?

— Что? Тебе же плохо.

— Нет, зачем ты заставляешь чувствовать себя последней тварью?

— Я просто хотела помочь. - тихо ответила Забава. Она отошла на пару шагов, Игнат следил за ней измученным взглядом. Девушка подумала, не первый ли это его отпуск за полтора года? И тот они ухитрились испортить.

— Игнат, - она сглотнула горький комок. - Если тебе, правда, так плохо от моего присутствия, то я дам тебе развод.

И поспешно отошла за свой столик, боясь разреветься.