Книга Мотокросс моей судьбы, страница 122 – Екатерина Васина

— Я разозлилась. — призналась Ника. Сейчас она уже и сама жалела, что повысила на Диану голос. Ее сестра и правда очень наивная девочка, любящая истории про принцев и принцесс. А Глеб умеет быть убедительным, когда захочет.

— Страшная женщина. — усмехнулся Макс, вставая с качелей и подавая девушке руку. Ника с готовностью протянула ему свою и в следующее мгновение уже оказалась в объятиях парня.

— Хватит уже думать про Глеба.

— Ага. — Ника запустила пальцы Максу в волосы, с восторгом перебирая их.

— Я же ревнивый. — прошептал ей парень, практически касаясь ее губ. — Моя девушка стоит рядом со мной, а думает про другого.

Потом он отстранился с несколько задумчивым видом и произнес:

— Слушай, а ты профиль Дианы не удалила с планшета?

* * *

Глеб невольно потянулся рукой к животу, вспомнив, чем закончилась прошлая его встреча с Никой и Максом. Он потом еще минут двадцать сидел и ждал, пока утихнет боль от удара. После чего понял, что надо быть осторожнее: соперник попался далеко не дурак, а он, Глеб, может нажить себе крупных неприятностей.

Поэтому сегодня вечером, когда глупая Диана написала ему, что Макс и Ника собираются встретиться в парке у реки, парень решил действовать. Парк тот находился на окраине города, на обрыве над рекой. Отсюда открывался чудесный вид на воду и находившиеся на соседнем берегу посадки, за которыми начинались коттеджные поселки. Сюда приходили художники и фотографы, чтобы запечатлеть особенно красивые закаты или рассветы, здесь, в старых деревянных беседках, заросших девичьим виноградом, встречались жаждущие романтики влюбленные. Когда‑то и Глеб приводил сюда Нику. Сейчас же его трясло от понимания, что девушка привела на их место другого парня.

— Не психуй ты. — состояние Глеба заметил его Саша — друг, которого парень сегодня позвал с собой, чтобы "поговорить" с Максом. Этот Саша еще в школе заметил приступы агрессии у Глеба, когда тому казалось, что его пытаются лишить вещи, ему принадлежавшей. И сейчас парень решил, что Ника для Глеба — такая же вещь, отобранная более удачливым соперником. Друга он готов был поддерживать во всему. Это с ним тогда Глеб пытался заманить Нику в машину.

— Отвали. — Глеб прекратил прижимать руку к животу и прислушался. Вокруг негромко шумел легкий теплый дождь, который весьма радовал Глеба: в парке было почти безлюдно. Не считая пары собачников с питомцами и какого‑то здоровенного идиота фотографа в ярком плаще с широким капюшоном, пытавшегося сфотографировать мокрые кусты.

— Слышишь? — вдруг встрепенулся Глеб, а Саша кивнул: он тоже уловил женский смех, донесшийся откуда‑то справа.

— Ты уверен, что это Ника?

— Я ее из миллиона узнаю. — процедил сквозь зубы Глеб, чувствуя на шее уже знакомую удавку ревности. Она мешала дышать, думать и адекватно воспринимать действительность.

"Еще и ржет, сучка", — "ласково" подумал он про Нику. Кивнув Саше, парень первым свернул с довольно широкой асфальтированной дороги на узкую тропинку, выложенную белесыми плитами, кое — где выщербленными и заросшими травой. Они‑то и вели к многочисленным беседкам, сейчас в основном пустым и мокрым.

Парочку они увидели сразу же, как вывернули из‑за кустов. Дождь продолжал мерно шуршать по листьям, ударял в деревянную крышу беседки. Остро пахло мокрой травой и грибами.