Книга Заложница Теней, страница 108 – Екатерина Васина

— Значит, надо как-то отключить выработку того гормона, — проговорил Хэдин.

— Вы о чем вообще? — протянула Аерона. — Вы мне скажите, у нас будут дети?

— Будут, — успокоила я, — осталось найти средство, чтобы включить то, от чего у вас будут дети. Недавно же был один случай. Когда фейри забеременела от человека.

— Бедняжка, — вздохнула Аерона, — хорошо, что муж понес наказание за такое. Подумаешь, полукровка, ну спрятали бы, воспитывали.

— Да, — медленно проговорила я, глядя перед собой, — полукровка… Хэдин, а полукровки рожают?

— Рожали. Сейчас нет.

— Значит ген-то доминантный, — проворчала я, — вот что, давайте говорить откровенно.

— Откровенность — благо, — согласился Доран. Я покосилась на него и медленно произнесла:

— Я нашла причину, но ее устранение — дело не одного дня.

— Рори, — протянул Хэдин, — ты уже сделала многое.

— Но недостаточно, — холодный голос Дорана как-то разом остудил всех. — Ты ведь сможешь это сделать?

— Если мне не будут угрожать! — огрызнулась я. Король промолчал, но так красноречиво, что пришлось прикусить язык и продолжить уже более мирным тоном:

— Я буду искать выход. Но! Пока не могу сказать, сколько времени это займет. И мне будет нужна еще литература. А, и сегодня я останусь на ночь тут.

— Зачем? — поинтересовался Доран, чуть приподнимая бровь.

— Затем, что по горячим следам мне легче думается. Завтра отосплюсь. А, Хэдин, для опытов надо будет приготовить несколько этих ваших… гомункулов. Их точно можно использовать?

— Недолговечная копия фейри, но без разума.

— Рори будет проверять все на мне, — вдруг подала голос Аерона, до этих пор хмурившаяся и смотревшая на всех по очереди. Я даже не сразу поняла, что она сказала. Потом осторожно проговорила, глядя на сжавшую кулаки брюнетку-красавицу.

— Аерона, с гормонами шутки плохи, если что.

Но принцесса и не думала пугаться.

— Не считай меня дурой, смертная, я прекрасно понимаю, что это такое. Но так будет шанс, что ты быстрее отыщешь средство. Гомункулы еще могут и не отреагировать. Хэдин врет, они не настолько безукоризненны. А вот чистокровная высшая фейри — самое то.

— Не вру! — возмутился лекарь. — Рори, гомункулы — идеальны для опытов.

— Я хочу участвовать в поиске лекарства! — подпрыгнула Аерона. — И даже ты, брат, не можешь запретить мне это делать! А знаешь почему? Ты знаешь!

Я перевела ошалевший взгляд на Дорана. Тот кивнул и проговорил:

— Тоска Аероны почти подошла к критической отметке. Дай ей шанс проявить себя.

— Или я уйду за грань Хаоса, — прошептала принцесса. Она вдруг словно осунулась и поникла.

— Ты не знаешь, Рори, что такое жить и понимать, что не можешь подарить новую жизнь. Которая снится тебе. А потом ты готова переспать с любым, кто в теории может помочь забеременеть. Дай мне шанс помочь тебе.

— Хорошо, — пробормотала я, мысленно решая, что ничего непроверенного вкалывать Аероне не стану. Чья-то мания не должна потом выйти мне боком.

И все же что-то не давало покоя.

Аерона ушла, одарив напоследок тоскливым взглядом, Хэдин тоже удрал. Доран ушел последним, жадно меня поцеловав и на мгновение прижавшись лбом ко лбу. И вот как его понимать? То холодные приказы, а то вдруг внезапная нежность. Его поведение в последнее время казалось немного странным.