Книга Танец для Феникса, страница 92 – Екатерина Васина

Я послушно замолчала, так как не была в себе уверена.

Целители не могут причинять вред. Это незыблемо, как… как… просто так всегда было. Мы просто не умеем это делать. Потому и являемся пусть одними из самых ценных фейри, но и самыми беззащитными.

Поэтому сейчас мой мир, и без того трещавший по швам, просто медленно начинал рваться. Как и все приобретенные за двадцать лет шаблоны.

Я стояла и смотрела, как Феникс водит ладонями вдоль страшно раздутого тела парня. Вздрогнула, когда муж вскинул на меня взгляд искрящихся золотом глаз и глухо приказал:

— Иди сюда.

Мне оставалось только шагнуть к нему на деревянных ногах.

— Они умрут, если мы не вылечим, — говорил Видар отрывисто, — давай, Ния. Надо вместе. Давай. Как ты всегда лечишь?

Я круглыми глазами смотрела на неудачливого насильника, потом протянула к нему руки. Пальцы дрожали.

— Ния!

Вопль Феникса что-то переключил в голове, и я почти со злобой уставилась на него.

— Потом порефлексируешь! — рявкнул он. — Целитель, внизу еще три девчонки. Такие же. Быстро!

Еще трое! Сработал заложенный глубоко внутри инстинкт целителя.

Расслабиться, успокоиться и просто дать себе возможность лечить. Представить, что лежащее перед тобой тело — конструктор. Который ты легко можешь собрать в нужном порядке.

То, что я лечила в этот раз выглядело отвратительно. Мне приходилось видеть разные повреждения. Хотя бы на практике. Но подобного не встречала. Еще немного и организм смертного просто разложился бы изнутри. Сейчас я восстанавливала его, стараясь пока не думать о том, что произошло. Видар занимался остальными.

Затем мы спустились вниз, оставив парней лежать в комнате и приходить в себя.

Как я и подозревала, жертвами стали трое девчонок, что притащили меня в общежитие. Кто-то уже вызвал Скорую помощь, из нашего крыла выбежали все фейри во главе с Мирандой. Последняя сильно побледнела, когда увидела меня вполне себе бодрой.

А вот у меня с тихим щелчком сложился весь паззл. Моментально.

— Ния!

Видар уже вылечил двух блондинок, а вот «моя» Ната на поправку шла медленно. Хотя и восстанавливалась. Разве что на лице еще оставались вспухшие страшные следы. Словно через кожу пытался прорваться кто-то. А внутренности? Я прислушалась к организму Наты. А вот в остальном она уже была вполне здорова, я ей даже хронический пиелонефрит излечила.

Все выдохнули, когда я убрала руки и медленно встала с колен.

— Она здорова, — сообщила равнодушно, — а еще вызовите полицию и поскорее. Видар, там, в моей комнате, камера. Проверь, включена ли она.

Фениксу потребовалась пара минут, чтобы вернуться обратно уже с камерой. При этом лицо у него было такое, что я поняла — какая-то часть успела попасть на видео.

— Эй, а почему ей лицо не возвращают нормальное? — раздалось из толпы.

— Верните ей лицо!

— Эй, а что тут вообще творится?

— Опять фейри!

— А я не могу ее до конца вылечить, — сообщила спокойным тоном, глядя в глаза Миранды, — у меня резерв кончается, плюс меня наказали. Кстати, боюсь, наказание не вышло.

С этими словами отцепила брошку и швырнула ее под ноги преподавательнице. Кажется, я начинала понимать отца. Да, страх, волнами исходивший от Миранды, мне нравился. Меня не просто боялась. Меня не понимали.

— Обалдеть! — раздалось громкое.