Книга Танец для Феникса, страница 67 – Екатерина Васина

— Может, это означает, что Юна и правда подходит Алистеру. Эх, не успела я у нее спросить. Может, у них уже что-то было?

— Спроси, когда увидитесь, — равнодушно проговорил Видар. — мы пришли.

Как всегда, меня по уши залило блаженным чувством при виде роскошных Садов. Такое сложно описать. Наверное, нечто подобное ощущают те, кто после долгого тяжелого похода возвращаются в родной дом, полный любимых родственников.

Видар не дал мне насладиться этим чувством, а потащил в самую чащу Садов. Сначала по дорожкам, посыпанным белым песком, потом уже просто по траве. Мимо ярких птиц, что перепархивали с ветки на ветку, мимо глазастых животных, которых никто из смертных не видел. Мимо идеально круглых озер, в которых плескались русалки. Мимо говорливых ручьев.

Сады жили полной жизнью, наверстывали упущенное. А мы пробирались все глубже. В такие дебри, куда не все фейри рисковали заходить.

Здесь даже пахло по-другому. Огромные снежно-белые цветы укрывали мощные стволы деревьев, испускали пряный аромат. От них в воздухе висела золотистая пыльца, отчего мир вокруг казался более ярким. А издалека доносились совсем уже диковинные звуки. Я не хотела думать, что за зверь их издает.

Видар же казался абсолютно спокоен. На секунду мне показалось, что вокруг него едва уловимо сверкает огненная аура. Моргнула и все исчезло. Ну кроме Феникса и Садов, конечно.

— Здесь!

Мы остановились среди деревьев, витых цветами. Где-то высоко над головой раскинулось бледно-серое небо Авельхайма, сейчас закрытое сочной листвой. Я не выдержала и скинула туфли, чтобы ощутить мягкость травы. Застонала от блаженства и чувства, что дома.

Сады были рады видеть меня. Я чувствовала это всем своим существом. Потому не выдержала и плюхнулась в траву, раскинула руки, зажмурилась от восторга.

— Отличная поза, как раз такая тебе и нужны.

Голос Феникса разрушил чувство единения с Садами. Я заморгала и села, обхватила колени руками. Вспомнила, что на мне короткое платье, которое сейчас совсем уже задралось неприличным образом. Видар устроился рядом и продолжил:

— Ния, все просто. Ты расслабляешься и представляешь внутри себя кровеносную систему. Вы же ее учили.

— Угу.

— Отлично. Представь ее так ярко, как только сможешь. Но без усилий, без напряжения. А потом представь, что по всем сосудам у тебя течет огонь.

Я икнула и спросила:

— А можно не представлять?

— Можно. Но тогда завтра, максимум — послезавтра ты сгоришь.

— Сволочь ты все-таки, — сообщила в сердцах.

Услышала хмыканье Видара и спросила:

— А дальше то что?

— А дальше представь, что он сливается с твоей кровью, перемешивается. И все. Будет немного неприятно, но ты останешься живой.

— Насчет «немного неприятно» я как-то слышала от нашего Мастера Пыток, — поведала Фениксу, — он так говорил одному провинившемуся фейри. При этом отрезая ему пальцы.

— Пальцы останутся при тебе, как и остальные части тела. Давай, начинай. Я буду рядом.

Последнюю фразу он произнес более тихим голосом, но мне вдруг и правда стало немного спокойнее. Не для того ведь Видар брал меня в жены и огонь подсаживал, чтобы я сгорела.

Растянулась на траве и закрыла глаза. И сразу же аура Садов обняла меня теплотой, заботой. Я чувствовала малейшее движение теплого воздуха, все звуки вокруг. И словно растворялась во всем этом.