Книга Их первая грешница, страница 11 – Екатерина Васина, Франциска Вудворт

Ни у кого из тех девушек, кого он знал, не было такого темперамента…

Такого безумно-ласкового взгляда…

Такого манящего гибкого тела, словно созданного для того, чтобы только он, Богдан, обладал им.

Они почти не говорили – в эту ночь были лишь взгляды, поцелуи и прикосновения.

За окном кружился снег, мягкий свет луны наполнял спальню, навевая Богдану легкую горечь – вскоре все закончится. Он не хотел терять мгновения и набрасывался на Лилю снова и снова, не давая отвлечься на отдых.

— Эй, – взмолилась она под утро, – может прервемся? Я завтра не смогу ходить!

— На руках понесу на склон, – отозвался Богдан, понимая, что пора остановиться.

Ведьма… рыжая ведьма, покорившая его. До этого Богдан лишь усмехался, когда кто-то говорил ему про любовь с первого взгляда.

Оказывается, бывает и такое. Когда сердце бешено колотится от радости, восхищения и страха потерять любимую. Когда голова кружится от девушки рядом – ее голос и запах пьянят и придают сил.

Он коснулся пальцами ее губ и прошептал:

— Все, спи. Спи, Лиля.

«Лилит…», – непонятно отчего проскользнуло в голове имя, сказанное при этом голосом Хана.

Сам Богдан заснул, когда начало светать. Заснул, обнимая любимую, вдыхая ее пряный запах земляники.

* * *

Оставшиеся дни до соревнований пролетели незаметно. Особенно для Богдана, который практически все время проводил с Лилей. Хан, в конце концов, плюнул и сказал, что пусть друг перебирается в его номер. Сам же переехал жить в номер к Ирен.

«Нянька, – мрачно думал Хан, идя впереди девчонки, в сторону учебного склона, – Ну, брат мой, я тебе это припомню!».

Так вышло, что днем Иренка хвостиком следовала за ним и жаловалась на брата, который вконец одурел от чувств к Лиле. Рыжая сестре Богдана не нравилась. Она ее иначе как «ободранной лисой» не называла. Хан терпел, понимая, что Ирен банально ревнует. Ведь до этих пор Богдан менял девушек легко и тут же забывал их имена. Сестра всегда была на первом месте. А тут…

Хорошо еще, что, набегавшись за день, Ирен засыпала, едва коснувшись подушки. А Хан удирал к Джулии, которую удачно соблазнил на следующий же день после проведенной ночи с Крис. Подруги при встрече едва не вцепились друг другу в волосы. На что Хан расхохотался и сообщил, что женские драки в грязи он, конечно, иногда любит посмотреть, но ему больше нравятся воспитанные девушки. И отзывчивые. И – ласковые.

Так что следующие ночи он проводил или с Джулией, или с ней и Крис одновременно. Последняя, кстати, не оставляла попыток перетянуть на себя его внимание. Он время от времени ей подыгрывал, когда Джулия забывалась и пыталась спровоцировать его на ревность, флиртуя с другими. Но как бы девушки ни соперничали между собой, отказаться от жарких ночей с ним, были не в силах.

И теперь они сопровождали его на учебный склон. Вот как сегодня.

— Она безнадёжна! – заметила Джулия, когда Иренка в который раз за день упала, потеряв равновесие.

— Да-а, это не Лил, – подтвердила Крис. – Та схватывала на лету.

Она была раздражена тем, что вынуждена терять время, наблюдая за вредной неумёхой, но и уйти не могла, не желая оставлять Джулию с Ханом. Ее бесила ситуация: вроде обратили внимание и на неё, и не стоит делить любовника с подругой, но неприятные мысли уносились прочь, стоило оказаться с Ханом в постели. Тот знал, что нужно женщине, и каждый раз открывал для обеих новые ощущения, заставляя стонать от удовольствия.