Книга Дамир на мою голову или Вишенка на торте, страница 95 – Светлана Серебрякова

— Добрый вечер, это воспитательница из детского сада… Да, я на подмене… А, вы звонили Ирине Николаевне, я поняла… Да, на правобережье, это вам Ирина Николаевна сказала?.. Домой… Могу, конечно, только адрес мне скажите… ага, записала, первый подъезд, — я зажмурилась: Мишка жил в одном доме с Дамиром. — Ну, если что, мы вас на детской площадке будем ждать. Или я могу Мишутку к себе забрать, у вас мой номер останется… Такси? Нет, не надо, мы так, погуляем, да, Мишка? — паренёк согласно кивнул и улыбнулся. — До встречи.

— На троллейбусе поедем, да? — обрадованный, он кинулся ко мне.

— Да. Пойдем сад под охрану сдавать и домой.

Через сорок минут мы, уплетая по банану, подходили к дому со стороны двора. Мишка болтал без умолку и выглядел вполне счастливым, а вот я очень надеялась, что сдам его на руки родителям и быстренько смотаюсь.

— Пойдём посмотрим, мамина машина стоит на парковке или нет? Если нет, погуляем ещё?

— Давай, — я вздохнула, выходить на другую сторону не хотелось, — давай ты отсюда посмотришь.

Мишка побежал к большой стеклянной двери, что выходила на стоянку, но та открылась сама.

— Мама!

Он повис на шее молодой женщины, которая крепко его обняла и, не переставая извиняться, поцеловала сынишку.

— Милана Игоревна, вы простите меня, так получилось.

— Ничего страшного, я понимаю. Я за Мишутку больше переживала. Если бы знала, что мы с вами рядом живём, то…

— Вот как раз об этом и я хотела с вами поговорить.

Но в этот момент я отвлеклась на движение за темными тонированными дверями. Красная спортивная машина подъехала на свободное место между первым и вторым подъездами. И моё сердце пустилось вскачь. Вишенка. Как всегда такая чистая, блестящая и самая красивая. Глупая улыбка была готова растянуться по моему лицу от уха до уха, когда увидела, как открылась водительская дверь и вышел Дамир. Улыбаясь, он обогнул машину и открыл пассажирскую дверцу. Протянул руку и… помог выйти красивой стройной длинноволосой брюнетке, примерно моего возраста. Она что-то сказала и Дамир, откинув голову, засмеялся. А потом, обнимая за плечи и целуя в лоб, притянул девушку к себе. Отстранился, пропустил сквозь пальцы блестящий локон и покачал головой, не преставая смотреть на свою спутницу. И в этом взгляде было столько любви, заботы и нежности, что моё сердце разрывалось на части.

— … когда вы подменяете? Я буду вам доплачивать.

— Что? — я не слушала, о чем говорили Мишкина мама. — Это не обязательно, я могу и так, мне не тяжело… — всё моё внимание было там, за тонированным стеклом. Зная, что меня не видно, я стояла и подглядывала за Дамиром. За его жизнью с этой новой девушкой не славянской внешности. — Простите, мне, мне надо идти.

Девушка привстала на носочки, потянулась к Дамиру, взлохматила его волосы, а потом, взяв за руку, повела ко входу в дом. И он пошёл с ней, бросив быстрый взгляд в нашу сторону. Я пропустила вдох, опасаясь разоблачения. Хотя прекрасно знала, что он увидит только силуэты двух женщин и ребёнка. Но всё равно быстро отвела взгляд и присела перед Мишуткой:

— Ну, пока, мне пора.

— Пока.

Я видела, как Дамир резко притормозил, и втянула голову в плечи. Нет, никогда он не увидит моей боли, ни за что. Но девушка сжала его руку, и он подчинился. Мишка с мамой пошли к лифту, а вот мне выходить так сразу было нельзя. Не знаю, какому инстинкту я повиновалась, прячась в нише за почтовыми ящиками, и не напрасно. Дверь в подъезд со стороны двора открылась. Быстрые шаги гулким эхом вторили ударам моего сердца. Я слышала такой родной когда-то голос: