Книга Дамир на мою голову или Вишенка на торте, страница 34 – Светлана Серебрякова

— Умей ждать.

— А если я проголодалась и хочу есть?

— Три минуты ничего не решат.

Он снова усмехнулся, продолжая выставлять на стол баночки с соусами, еще одну тарелку, но уже со свежими овощами и травами, и корзиночку с лепешками.

— Мне это порезать? — я указала на помидоры и огурцы, вид которых говорил, что они были собраны с грядки не так давно. — И где тридцатого апреля можно найти такое?

— Это секрет. Резать не надо, так ты не почувствуешь всего вкуса, надо откусывать и есть, — он снова повернулся к шкафчикам и открыл один, доставая из него тяжелый хрустальный графин и два бокала. — Думаю, пять граммов коньяка будут кстати.

— О, подарок от благодарных пациентов? Вот только, я не люблю коньяк.

— Попробуй, — янтарная жидкость огладила стенки бокала. — Это лучший в мире коньяк, потому что его делает мой отец.

— Пахнет вкусно, — я склонилась над напитком. — Чем-то терпким. Твой отец, он любитель? Делает только для себя?

— Он профессионал. У него свой небольшой винный завод, который перешел к нему от моего деда. Дед решил отойти от дел, нет, он присматривает за процессом, как технолог. Но бизнес отдал в руки отца и моего старшего брата, — и, перед тем как сесть, Дамир поставил передо мной тарелку с мясом, которое выглядело так, словно сошло с кулинарного постера. — За нас?

За нас… Коньяк обжёг горло и осел на языке вкусом спелого терпкого винограда. Естественно, я поперхнулась. Не особо люблю крепкие напитки, шампанское мне нравилось больше. Но чувствуя, как тепло разливалось по венам в буквальном смысле этого слова, я удивленно выгнула бровь. Приятное ощущение. А когда положила в рот кусочек мяса, то застонала от удовольствия.

— Это божественно.

— Рад, что тебе нравится, — я старалась игнорировать пристальный взгляд. Если ему не по душе, с каким аппетитом я ела, то, это его проблемы. Вот только почему, если мне нравилась еда, я должна это скрывать и ковырять вилкой в тарелке? — Так значит, ты работаешь в детском саду?

Это что? Лёгкая светская беседа или стремление узнать меня получше? Я пожала плечами:

— Да, музыкальным руководителем. Знаешь, утренники, праздники, развлечения. Но я не массовик-затейник, нет. Я учу детей любить и понимать хорошую музыку, мечтать, думать. И просто отпускать себя и снимать стресс, танцуя под ритмичные биты, пусть они и положены на незатейливый мотивчик с приставучим текстом. И мне не просто нравится моя работа, я люблю её.

— Это здорово. Стало быть, ты владеешь инструментом? Играешь на пианино?

— Ну, — я тянула гласную, смакуя то, как он сказал, что я владею инструментом. — Да. Читаю с листа.

— Очень круто, моя тётя умеет это. Ты поёшь?

— Совсем немного. Стать профессиональным исполнителем в мои планы никогда не входило, — я продолжала наслаждаться отличным мясом, но этот взгляд зелёно-карих глаз и довольная усмешка не давали покоя. — Что ещё? — я отложила столовые приборы. — Если ты, если тебя смущает, я смущаю… я, пожалуй, пойду.

И я была готова поступить именно так, уже сползла со стула, но Дамир остановил.

— Нет, ничего такого. Наоборот, мне нравится смотреть как ты ешь. У нас в семье принято наслаждаться едой. Просто, — он помедлил, — не могу не спросить, джигит это я, тут и гадать не надо. А вишенка? Ты?

Вишенка? Я сглотнула и потянулась за водой, но, не глядя, опрокинула в себя остатки коньяка одним махом. Кашляя и давясь слезами, пыталась сообразить, когда сболтнула лишнего. То, как быстро Дамир оказался возле меня, протягивая стакан воды и помогая восстановить дыхание, уже не удивляло. Но он ждал ответ, и мне не оставалось ничего иного, как сказать ему правду.