Книга Яйца всмятку, страница 130 – Мари Соль

— То, — продолжает он, — Никто бы не знал о ней, кроме вас и вашего мужа. Однако же, вы предпочли открыть счёт и тем самым подтвердили документально факт наличия денежных средств. И на данный момент их можно расценивать как совместно нажитые.

— Вот дура я, — хмыкаю. Послушала Гену! А не нужно было.

— Я бы так не сказал, — усмехается Герман. И всё-таки, мужчина он хоть куда! — Ваши намерения понятны и правильны. Однако законное право на половину суммы у вас никто не отсудит. Если только муж не намерен отказаться от своей доли.

— О! — вспоминаю я «Сорокинские этюды» на этот счёт, — Вот это нет, точно!

— Ну что же, — разводит руками Герман Исидорович, — В таком случае будем судиться. Вы в свою очередь, — добавляет он, чуть подумав, — Имеете полное право выставить ему ответный иск с претензией на машину. Его авто-средство относится к категории совместного имущества.

— Ой, умоляю вас! — машу я рукой, — Чего там делить?

— Ну, машина в любом случае стоит чего-то, — комментирует мой адвокат, — У него будет два варианта: либо продать её и отдать вам часть суммы, либо оценить её по рыночной стоимости и выплатить вам сумму, не продавая авто.

— А сколько может стоить поддержанная иномарка БМВ? — щурю глаза.

— Ну, — Герман трёт подбородок, — Это зависит от многих параметров. От модели, пробега, наличия дефектов.

— Там дефект на дефекте, — отвечаю с досадой, — Даже судиться не хочется! Было бы ради чего.

— Ну, часть своих убытков относительно суммы на счёте вы тем самым компенсируете, — комментирует он.

Я киваю:

— Возможно.

— В общем и целом, пока всё идёт хорошо, — заверяет меня адвокат.

На ступенях мы с ним расстаёмся. Я жду такси, чтобы оно отвезло меня на работу. Отпросилась ради такого события! Хотя работы навалом. А он не пришёл.

Уже в такси я пишу ему:

«Сорокин, моё время стоит слишком дорого, чтобы я его тратила на такого, как ты».

Он перезванивает. Ну, надо же!

— Алло! — говорю деловито.

— А что случилось, Олюнь?

— Что случилось? — усмехаюсь его реакции, — Ты серьёзно, Жень? Что случилось? Я всё утро тебе звонила и писала. Я ради тебя отпросилась с работы! Ты думаешь, можно вот так поступать?

— Куда отпросилась? Зачем? — нервирует он.

— Не строй из себя дурака! У нас сегодня развод! — я почти кричу, чем привлекаю водителя. Тот деликатно глядит на меня в зеркало заднего вида.

Умерив пыл, добавляю:

— Если ты считаешь, что этим заставишь меня передумать, то напрасно. Я только сильнее уверилась в своём желании с тобой развестись.

— Ой, это сегодня уже? А я и забыл! — произносит Сорокин. Актёр! Какой же бездарный! И как я жила с ним все эти годы, ума не приложу? Где были мои глаза, уши и остальные органы чувств?

— Ой, всё, мне это надоело! Получишь повестку, заседание отложили. Я тебе не буду ни о чём напоминать. Делай, что хочешь, я всё равно разведусь с тобой! — сказав это, вешаю трубку.

Выдыхаю, смотрю на часы. Валера предлагал приехать за мной к зданию суда, дабы «позлить моего бывшего». Он уже забрал свой Опель из ремонта! Какой-то бандит проколол ему шины прямо во дворе. В тот самый вечер, когда мы с ним встречались в ресторане. Просто сволочи, а не люди! А с виду приличный двор. Вот так и покупай квартиры в новостройках.

Я отказалась. Не хочу навлекать на него неприятности. Да и вообще! Я пока не решила, кто мы друг другу. Вспоминаю то, как спросила его накануне: