Книга Раз и навсегда, страница 62 – Юлия Резник

— Не спешите, – говорила Марья Витальевна. – Вы не виноваты. Мозгу нужно время вспомнить, как это делается.

И мы снова шли по кругу. Звук – слог – слово. А когда я уставала, делали упражнения на дыхание.

— Воздух – это ваша сила, – объяснялось мне. – Без дыхания речи не будет.

Я дышала. Считала про себя до пяти. Задерживала воздух. Медленно выдыхала. И всё это время чувствовала себя как новорожденный ребёнок, который только осваивает базовые навыки. Иногда это выходило смешно, иногда неловко. Иногда хотелось зареветь от бессилия. Но каждый раз, когда я всё-таки выговаривала новое слово, пусть кривое, пусть с запинкой, где-то внутри вспыхивал крошечный огонёк. Тёплый, яркий, радостный: я смогла. И это «смогла» было дороже всех похвал.

— Молодец, Амина. Вы делаете большие успехи.

— Благодаря вам, – заметила я.

— Ну, хоть кто-то это отметил! – засмеялась Марья Витальевна. Я недоуменно приподняла брови – кто-то? Она пояснила: – Ваш муж все заслуги приписывает вам. И это, конечно, во многом правда, но не полностью.

— Ваха? – переспросила я, не скрывая удивления.

— Да. Вам очень с ним повезло. Он так о вас переживает!

— Серьезно?

Если мой вопрос и показался сиделке странным, учитывая, что она пребывала в уверенности, будто мы с Байсаровым пара, она не стала этого демонстрировать.

— Каждый раз спрашивает, как вы. Если сам не подслушивает из-за двери.

— Подслушивает?! – вскрикнула я, сжимаясь от стыда.

— Ага. Вы не знали? Это так мило.

«Что мило?! Что?! Это кошмарно. Это… унизительно!» – мелькнуло в голове. Но эту неприятную поспешную мысль вдруг вытеснила другая. – «Какого черта?! Я молодец! Делаю успехи. А то, как это выглядит со стороны… Да пошло оно все!»

Правда, желание выцарапать Вахе глаза после этого никуда не делось. И когда он вошел в приоткрытую дверь, я едва удержалась от того, чтобы на него не броситься.

— Оставлю вас, – суетливо пробормотала Марья Витальевна.

— Спасибо, – поблагодарил Вахид, не сводя с меня внимательного взгляда.

Я упрямо дернула подбородком.

— Что?

— Ты не мог бы перестать вторгаться в мое личное пространство? – потребовала я, поджав губы.

— Нет.

— Что?

— Не мог бы, – повторил спокойно. – Ты не чужой мне человек. Я переживаю.

Опять двадцать пять!

— Чужой! Мы развелись.

— Думал, так будет лучше. Меньше для тебя рисков. А сейчас понимаю, что ни хрена. Глупо вышло.

Огорошив меня таким признанием, Вахид пересек комнату и уселся рядом со мной в кресло.

— Тебе не кажется это глупым?

— Что именно?

— Врать мне сейчас. Оправдываться, утверждая, будто действовал в моих интересах…

— Я не вру.

Ну, просто уникальный в своем бараньем упрямстве и непогрешимой вере в себя человек! До смешного.

— Думаешь, я не знаю, что ты хотел взять Лейлу второй женой? Или что мой уход был тебе только на руку?

Ваха сощурился, обуздывая раздражение. Почесал ладонью опять густо заросшую щеку, откинулся на спинку и вдруг совершенно расслабленно фыркнул:

— Не хотел я никого брать. Хасан на это намекал, да… Но пока меня не прижало, об этом не шло и речи.

Значит, мама все напутала? Или намеренно ввела меня в заблуждение? Нет, скорее у нее реально не было доподлинной информации, а сплетни всегда искажают суть.

— Второй женой, – усмехнулся. – Мы что, блядь, в средневековье?