Книга Раз и навсегда, страница 33 – Юлия Резник

— Это мне?

— Да-а-а…

— Доннел…

Я не знала, что сказать. Давать ему надежду было бы так нечестно! Но господи, кого я обманываю? Эти цветы пришлись так кстати. Не давая мне скатиться в бездну отчаяния. Внося яркие краски в почерневший, обугленный мир.

— Да это же просто так… Ни к чему тебя не обязывает, – стушевался сосед. – Я выбирал букет для Тильды. Потом увидел этот и подумал, что он сможет тебя порадовать.

— Спасибо. – Я засмеялась. – Не обращай на меня внимания. Я, наверное, разучилась принимать подарки. Дело не в тебе.

— Ты меня успокоила, – вытер пот с лица Доннел, комично вздохнув. Я улыбнулась.

— Кстати, а по какому поводу была усилена твоя стража?

— Стража?

— Ты не заметила? Вместо хонды там стоит тонированный микроавтобус. Не удивлюсь, если в нем прячется небольшая вооруженная до зубов армия. Твой муж случайно не какой-нибудь ближневосточный диктатор? – пошутил Доннел.

— Я имею весьма посредственное отношение к ближнему востоку, – отмахнулась я, с тревогой выглядывая из-за шторки на улицу, где и впрямь стоял припаркованный микроавтобус.

— Постой… У тебя что-то случилось?

Я уставилась на зазвонивший в руке телефон, конвульсивно сжав тот пальцами, когда увидела номер входящего…

— Сейчас узнаю, – прошептала я, прикладывая трубку к уху, в котором набатом бил пульс.

Пауза. Незначительная, почти незаметная запинка. А я в ней столько всего услышала. И поняла. Еще ничего не зная наверняка, каким-то шестым чувством поняла, да, что этот миг – последний в моей спокойной жизни. Что там, за этой тишиной, меня ждет что-то страшное. То, что наглядно покажет, как я ошибалась, думая, что большей боли не может быть.

Пальцы дрогнули. Грохот в ушах усилился. Не поздоровавшись, не спросив, как он, я тихо выдохнула:

— Что случилось?

Это был наш первый личный разговор с тех пор, как Байсаров согласился с разводом. До этого мы общались исключительно через адвокатов или детей. И, конечно, задетый мной в лучших чувствах, Вахид ни за что не стал бы мне звонить без серьезной на то причины.

— Амина, послушай… Ты умная баба, да?

— Вроде бы, – просипела я, еще более растревоженная таким неожиданным началом разговора.

— Сейчас тот самый момент, когда ты должна поступить по уму, отбросив любые эмоции в сторону.

— Ближе к делу, Вахид.

— Собери все самое необходимое и садись в машину. Черный микроавтобус за окном видишь?

— Да, но…

— Без но. Кое-что случилось. Это в твоих интересах, слышишь?

Конечно. Но гораздо более важным было то, как я ощущала его эмоции. Совершенно дикие. Необузданные. Слишком оголтелые, даже по меркам Байсарова. И оттого пугающие меня в сто раз сильнее любых слов. Уже сказанных. И еще не произнесенных.

— Мне что-то угрожает? Я могу вызвать полицию и…

— Просто сделай, как я говорю!

— Я не сдвинусь с места, пока ты не объяснишь мне, что происходит!

— Адам пропал, – выдохнул Вахид. – Ты должна вернуться домой. Сейчас же.

— Ч-что?

Начав оседать, я с удивлением уставилась на руку подхватившего меня Доннела.

— Держись! Все нормально?

Я отмахнулась от его обеспокоенного вопроса, каркнув в трубку:

— Что значит – пропал?

— Его нет какое-то время. Я не стал тебе сообщать сразу. Думал, вопрос решится быстрее. – Голос Вахида звучал отрывисто и зло.

— Вопрос… – тупо повторила я.