Книга Неподходящая, страница 40 – Юлия Резник

Заносит руку, чтобы заправить за ухо выбившуюся из хвоста прядь. Мое сердце колотится громче барабанной партии в очередном модном треке, что доносится из кафе.

— Я должен кое-что знать, Лейла.

— Д-да. Конечно.

— Как продвигается твой развод?

Хлопаю глазами от неожиданности. Развод? Ну да… Наверное, логично, что его волнует этот вопрос, если Адам планирует… планирует… Мне даже подумать о таком страшно. Но оно же вот… Прямо тут. Никаких двусмысленностей.

Я откашливаюсь, потому что во рту становится невыносимо сухо.

— Уже было первое заседание. Никита не пришел. Еще одно – и нас разведут в его отсутствие, – лепечу я, а потом все же додумываюсь уточнить. – А что?

— Не хочу целовать чужую женщину, – хрипло замечает Адам, а потом медленно – давая мне шанс отказаться, протягивает руку, укрывает мой затылок ладонью и притягивает к себе.

Воздух замирает в легких. И всё… Я пропадаю. Падаю в бездну, где нет ни мыслей, ни страха, ни тормозов. Адам притягивает меня к себе еще ближе, а я не сопротивляюсь. Даже не думаю об этом – настолько правильным кажется происходящее.

И вот наши губы встречаются. Это не просто поцелуй. Это… разряд. Как ток. Как вспышка молнии, от которой я на секунду слепну. Он целует меня медленно, почти бережно, но в этом нет ни капли нерешительности. В его поцелуе – голод, жадность, запрет. Я чувствую, как его пальцы чуть сильнее сжимают мои волосы, оттягивая голову вниз. Моё сердце грохочет, тело откликается мощной волной желания. Не помню, чтобы мне когда-нибудь было так горячо. Я хватаюсь за лацканы его пиджака, чтобы не упасть. И он словно чувствует это – делает шаг ближе, впечатывая меня в стену. В животе – вихрь. Всё внутри скручивается в тугие пружины, которые мучительно медленно разворачиваются и стремительно сжимаются заново. Мы отрываемся друг от друга почти одновременно. Дышим тяжело, быстро. Смотрим глаза в глаза.

— Я хочу отсюда уйти. Ты со мной?

От автора: друзья, история родителей Адама Вахида и Амины "Раз и навсегда"

https:// /shrt/LOzv

— Я никуда с тобой не поеду.
Я развернулась и направилась к машине адвоката. Каждый шаг требовал серьезных усилий, будто я пробиралась сквозь невидимую пелену.
– Какого черта ты творишь?
– Я ставлю тебя в известность, что подаю на развод.
– Ты умом тронулась? В машину! Сейчас же! И, клянусь, я сделаю вид, что этого не слышал.
Губы тронула улыбка. Спокойная. И вполне искренняя. Все же горбатого могила исправит – это прям про Байсарова.
– Мои адвокаты свяжутся с твоими уже сегодня. На случай если вдруг я внезапно исчезну… – а таких сценариев я совершенно не исключала, – у них есть мои показания о том, что меня удерживают насильно. И кто.
– Ты все-таки спятила! – выплюнул Вахид.
– Хорошо. Пусть так. Но я прошу тебя уважать мое решение хотя бы ради детей. В ответ я клянусь, что не буду претендовать на твои активы.
– Ты никогда со мной не разведешься.
– Я с тобой развожусь, я с тобой развожусь, – повторила я, с мучительным удовольствием наблюдая за тем, как с его лица стекает привычная надменность. – Я с тобой развожусь.

Адам

Не знаю, чего хочу больше. Чтобы она согласилась или же послала меня куда подальше. Это абсолютное сумасшествие. Куда делось мое благоразумие? На балкон может выйти кто угодно, нас в любую секунду могут застукать в довольно недвусмысленной ситуации, но я… Черт. По дефолту я просто не могу остановиться – она так доверчиво на меня смотрит, что, кажется, я для нее единственный мужик на планете.