Книга Ищу Деда Мороза, страница 8 – Любовь Перуница

Я застыла, не понимая, куда он клонит.

— Кто?! — выдохнула я.

— Поцелуй. Может, и тебе он поможет. — Он сделал микроскопический шаг вперёд, сокращая и без того крошечную дистанцию между нами. — С экспериментальной точки зрения, метод не проверен. Но гипотеза существует.

Во рту пересохло. Гнев всё ещё пылал где-то внутри, но теперь его пламя стало странным, колючим и горячим.

— Это твоё научное предложение? — мои слова прозвучали хрипло.

— Это предложение по улучшению качества предоставляемых услуг, — парировал он, и его взгляд скользнул по моим губам. — Клиент явно недоволен исполнителем. Нужны радикальные меры для повышения вовлечённости персонала в процесс.

В голове пронеслась мысль: «Он сошёл с ума. И ты сейчас тоже сойдёшь». Но тело, казалось, уже приняло решение без меня.

— И кто, по-твоему, должен… провести этот эксперимент? — прошептала я, уже не отступая.

Он наклонился чуть ниже. Его дыхание коснулось моей кожи.

— Инициатива, как известно, наказуема. Но я готов взять на себя административную ответственность.

Больше я не думала. Руки сами вцепились в складки его дурацкого красного халата. Я встала на цыпочки и притянула его к себе.

Это было выяснение отношений на языке, который не нуждался в словах. Он ответил сразу — жёстко, без предварительных нежностей, как будто и он ждал этого взрыва. Одной рукой он схватил меня за талию, прижимая к себе так, что поролоновый живот костюма упёрся в меня мягкой преградой. Другой ладонью вцепился в мои волосы, срывая заколки, которые удерживали парик Снегурочки.

Это было неловко, грубо и совершенно лишено всякой сказочности.

Когда мы наконец разъединились, дыхание сбилось у обоих. Мой парик съехал набок. Его волосы встали дыбом.

Мы стояли, смотря друг на друга, как два боксёра после нокдауна.

— Ну что, — выдохнула я, пытаясь вернуть себе хоть каплю достоинства. — Стало лучше?

Он провёл языком по нижней губе, его глаза сузились.

— Статистически незначимый результат. Требуется… дополнительная серия экспериментов. Для чистоты данных.

— Мечтай, — фыркнула я, но не отошла.

— Я физик, Лазарева. Я работаю с гипотезами. А моя текущая гипотеза гласит, что это может сработать.

В дверь постучали. Голос Олеси прозвучал как ледяной душ:

— Ксюш, ты там жива? Родители хотятвысказать свои претензии. Говорят, их ребёнок теперь боится Деда Мороза и требуют компенсацию морального ущерба в виде дополнительного подарка!

Я отпрянула от Кирилла, судорожно поправляя костюм и волосы.

— Выходим через минуту! — крикнула я в дверь. Потом повернулась к нему, указывая пальцем. — Приводи себя в порядок. И готовься. Следующая ёлка через пятнадцать минут. И я предупреждаю, там будет конкурс «Попади снежком в мишень».

На его лице мелькнула паническая тревога.

— Снежками? Из ваты? Это же нарушение техники безопасности!

— Будут мячики из поролона! — огрызнулась я, уже открывая дверь. — И если ты хочешь обсудить свою «гипотезу» дальше, тебе придётся сначала научиться попадать. А не философствовать!

Я вышла в коридор, оставив его одного среди развешанных костюмов. Сердце стучало где-то в горле. Впереди был разговор с разгневанными родителями и новая порция профессионального унижения.

Но чёрт возьми. На лице против воли играла какая-то дурацкая, нервная улыбка. Следующая ёлка вдруг не казалась такой уж невыносимой.