Книга Измена. Когда под сердцем жизнь, страница 90 – Анна Риман

— Тетя Ксения, — выбежала к нам Каролина, протягивая мой сотовый и заставляя нас с мужем резко разлепиться, — звонит.

Я благодарно кивнула и взяла трубку. На экране высветился номер Бегунова.

— Виктор, что случилось?

— Насте плохо. Я не знаю, что делать.

Просто удивительно, как такой собранный, уверенный в себе мужчина, мог превращаться в плюшевого мишку, когда дело касалось его жены.

— Ты скорую вызвал? Что у нее болит?

— Скорая едет. Настя со мной не разговаривает, и я не понимаю, чем помочь.

— Жди, сейчас приеду.

Оставив девочек на мужа, я поехала к Бегуновым. Их особняк располагался недалеко от нашего, так что добралась я буквально за несколько минут.

Настя сидела бледная. Глаза красные. Губы трясутся. Я не узнавала подругу. Попробовала расспросить, но она только плакала и мотала головой.

Рядом беспокойно вышагивал перепуганный Виктор. Добиться от него объяснений мне тоже не удалось. Оставалось ждать скорую, больше я ничем не могла помочь.

— Мне уже лучше, — вдруг заговорила девушка, обращаясь ко мне. — Может, не надо в больницу? Я сама справлюсь.

— Настя, у тебя слишком большой срок. Необходимо убедиться, что все в порядке с тобой и ребенком. Полежишь несколько дней на сохранении и вернешься, — попробовала я успокоить подругу, но получилось плохо.

Девушка поджала губы и снова заплакала.

Я не могла понять причину подобной реакции. Настя никогда не была паникером. В любой ситуации сохраняла выдержку и трезвый ум, за что я ее ценила и в деловом плане, и как подругу.

От Бегунова толку было мало. Его беготня только нервировала. Между нами тремя повисла какая-то напряженная тишина, заставляя меня чувствовать себя дискомфортно.

Через несколько минут приехала скорая, позволив мне облегченно вздохнуть. Настю осмотрели и увезли в больницу. Мы с Виктором поехали следом. У мужчины так дрожали руки, что я предложила сама сесть за руль. Относящийся к своим машинам с особым трепетом, Бегунов тут безропотно согласился.

— Ксюша, если с Настей или ребенком что-то случится, я себе не прощу — совершенно расклеившись, признался он.

— Вить, не паникуй. Ей сейчас нужна твоя поддержка. Возьми себя в руки.

Он понимающе кивнул и, кажется, даже успокоился. Остаток пути мы провели в молчании.

Настю разместили в платном отделении, и, несмотря на поздний час, сразу приступили к обследованию. Нас попросили подождать в фойе.

Виктор сидел, уронив голову на колени. Не понимая, чем еще могу помочь, я сходила в соседнее кафе и принесла свежезаваренный кофе.

Мужчина сидел в той же позе, что и перед моим уходом. Я потеребила его за плечо. Он поднял на меня изумленный взгляд, словно успел забыть о моем присутствии и признался:

— Я изменил Насте, она узнала.

Стаканчик с кофе выпал у меня из рук, ударился об пол, разбрызгивая горячую жидкость на кафель и брюки.

— Что ты сделал?! — не поверив собственным ушам, переспросила я.

— Я переспал с другой, она ждет ребенка.

Это было как гром среди ясного неба. Виктор, такой любящий и заботливый, просто не мог так поступить с моей подругой.

— Но Настя? Ты разлюбил ее?

Наверное, мой вопрос прозвучал глупо и наивно, но я хотела понять причину.

— Нет, что ты. Я очень, очень ее люблю. Ее одну. Эта женщина. Просто ошибка. Нелепое стечение обстоятельств.