Книга Измена. Когда под сердцем жизнь, страница 71 – Анна Риман

Когда в среду утром она не появилась в обычное время, я забеспокоился, но не испугался. Могла задержаться или даже пропустить один раз. Только сердце было не на месте. Выглядывая каждые пять минут в коридор, я наблюдал, как суетится медперсонал: новенькому стало хуже, и его повезли на срочную операцию. Время тянулось бесконечно долго. Я нервно вышагивал по крохотной палате, не зная, чем скрасить ожидание, когда сквозь шум из окна послышался сдавленный крик. Я выскочил в коридор и увидел Ксению. Она медленно стекала по стене на пол. Я подхватил ее на руки и, превозмогая боль, понес на медицинский пост.

— Позовите скорее врача! Женщине плохо, — на ходу прокричал я, заставляя медсестру оторваться от телефона.

Ксения приоткрыла глаза, слабо мне улыбнулась и сдавленно прошептала:

— Ребенок. Больно.

— Потерпи милая. Сейчас придет врач. Все будет хорошо.

Доктор прибежал через несколько минут, бегло осмотрел Ксению и резко приказал:

— Подготовьте носилки.

— Что с ней? — стараясь, чтобы голос не дрожал, спросил я.

— Она рожает.

— Но еще рано.

— Это не нам с вами решать. Я отправлю ее в родильное отделение.

Ксения выглядела бледной и испуганной. Я убрал прядку с ее лица, сжал похолодевшую руку и прошептал как мантру: все будет хорошо. Ты только держись, любимая. Все будет хорошо.

Родильное отделение находилось в соседнем корпусе. Мы спустились на лифте в подвал и двинулись дальше по подземному переходу. Врач попытался меня остановить, но, встретившись взглядом, только поморщился.

— Постарайтесь не перенапрягаться, — предупредил коротко и отошел.

Пока мы шли, Ксения испуганно держала меня за руку. Иногда ее побелевшее лицо искажала гримаса боли. В такие моменты я сильнее сжимал ее ладонь, жалея, что не могу забрать все страдания себе. Она казалась такой хрупкой и беззащитной. Меня затопило чувство вины. Как я мог доставить ей столько страданий и боли?! Смогу ли когда-нибудь вымолить прощение? Я готов всю оставшуюся жизнь находиться рядом безмолвной тенью, лишь бы с ней все было хорошо. С ней и нашим ребенком.

В отделении мне пришлось отпустить ее руку, позволяя врачам заниматься своим делом.

— Что с ней? — подбежал я к врачу после осмотра.

— Отошли воды. Возможно, сказался стресс. Будем надеяться, роды пройдут без осложнений.

Ксению увезли, а я остался сидеть в коридоре. Мне предлагали вернуться в свое отделение, но я просто не мог отойти от двери, боясь упустить важный момент. После нагрузки в теле появилась слабость, и я устроился на скамейке, привалившись плечом и глядя в одну точку.

Время шло мучительно медленно. Я ждал новостей. Так прошло три часа. Самые долгие в моей жизни. Наконец, в коридор выскочила растрепанная медсестра и, наткнувшись на меня взглядом, сообщила:

— А вы все здесь сидите?! Поздравляю вас, папочка! Дочка у вас здоровенькая родилась.

На радостях я сгреб в охапку смущенную женщину и, несмотря на вялые протесты, поцеловал в пухлую щеку.

— Врача к вам выйти попрошу.

Она насмешливо покачала головой и скрылась в дверях ординаторской.

Врач вышла через полчаса, когда на радостях я был готов обнимать весь мир и отплясывать.

— Приходите завтра, — на мою просьбу повидаться с женой и посмотреть на ребенка попросила она. — Дайте вашим девочкам возможность прийти в себя.