Книга Разведена! После 40 жизнь только начинается, страница 136 – Анна Грин

Я пожала плечами.

— Но если Саша спрашивает про детей…

— О нет-нет-нет, — медленно перебила я мать Беркутова. — Я спросила только от того, что мне просто любопытно. Я-то имею противоположное мнение на этот счёт. И плюс не забывайте: у меня двое взрослых детей уже есть. Мне просто ребёнок не нужен.

Виктор наклонился чуть ближе к столу и подозвал официанта. Что-то попросил, и в этот момент я поняла, как смотрят на меня женщины его семьи с затаённым чувством радости. Я не понимала, чему они радовались.

— Саш, ты будешь заказывать песню? — прозвучало у меня над ухом, и я передёрнула плечами от того, что горячее дыхание Виктора прошлось мне по шее.

— Нет, спасибо, — мягко улыбнулась, разворачиваясь к нему.

И в этот момент ощутила, как его ладонь легла мне на колено и поползла выше, едва дотрагиваясь кончиками пальцев сквозь ткань платья внутренней стороны бедра.

Я медленно улыбнулась.

Прощупывал границы. Смотрел, как сильно повлиял на меня.

Я очень надеялась, что Беркутов не разочаруется, когда я ему эти руки в одно место засуну в машине.

Саша

Несколько месяцев назад, всё в том же ресторане.

— Садись за руль, — мягко произнёс Беркутов, глядя на то, как я рассматривала его «ламбу».

Тётушки с матушкой отправились на такси представительского класса по домам. А мы вот с Виктором должны были отбыть в его квартиру. Я — чтобы собрать свои шмотки. Он, вероятно, для того, чтобы остаться дома.

— Зачем?

— Я вижу, как ты на неё смотришь. Ты её хочешь.

— Слава богу, я так на тебя не смотрю. Круто, правда? — улыбнувшись, я пожала плечами.

Виктор остановился напротив меня, тяжело дыша и обдавая своим горячим дыханием с ароматом цитрусовых. Мы были почти одного роста. Только я на каблуках. А без — значит, где-то ему до плеча. Горячая ладонь прошлась мне по талии. И я усмехнувшись, покачала головой.

— Не сахарная ты женщина, — наклонившись ко мне, шепнул на ухо.

И от тепла его тела по мне разбежались мурашки. Я улыбнулась и подколола:

— А ты просто не там лижешь, Виктор.

Его ладонь на моей талии сжалась сильнее. Я понимала, что эту границу флирта можно держать очень, очень долго. И отчасти мне это приносило даже больше удовольствия, чем что-то более серьёзное. Потому что я сейчас не хотела ни отношения строить, ни принадлежать кому-то, ни быть обязанной. Нет. А вот это — лёгкое, ничего не значащее, самое то.

— Садись за руль, — предложил он, разворачивая меня в сторону машины.

Я глубоко вздохнула, села на водительское кресло и, приподняв подол платья, стала стаскивать туфельки. Виктор присел на корточки и по одной стянул с меня каблуки.

— Уверена, что босиком поедешь?

— Не на десятисантиметровых же шпильках, — улыбнувшись, произнесла я.

И Виктор, поспешно кивнув, дождался, когда я усядусь, и мягко прикрыл дверь. Обошёл машину, сел рядом. А мои туфельки поставил у себя между ног.

— Мы сейчас как раз будем по безлюдной трассе ехать, гони.

И это было ни с чем не сравнимое чувство настоящего кайфа: когда адреналин шарашит, а скорость под руками просто бьёт по мозгам. «Ламба» была мягкой, она летела так, как будто бы у неё крылья. Только Виктор слишком демонстративно держался за ремень безопасности и пытался хоть за что-нибудь ухватиться.

— Не бойся, малыш, — усмехнувшись, произнесла я, резко входя в поворот так, что машину слегка занесло.