Книга Бей первая, страница 95 – Юля Артеева

Кристина стоит к нам спиной. Бус кричит:

— Дуняева, дрянь, думала, мы тебя не найдем?!

Встряхивает ее за шкирку, вышибая из ее рук телефон со включенной вспышкой.

Я же пру, как локомотив, на Макара. Он пытается удержать Разноглазку на коленях, пока она нетвердой рукой упирается ему в живот, отталкивая. Рывком ставлю Лану на ноги и прижимаю к себе. Она вся обмякшая и безвольная. Голова ее запрокидывается.

Я передаю Мальвину Малому, который уже страхует сзади. А сам догоняю Макара.

Успеваю развернуть его на себя и ударить в лицо. Никаких блоков, только мое звериное нутро. Бью еще раз и валю его на бетонный грязный пол. Еще два удара, каждый из которых откидывает его голову в пыль. И меня кто-то оттаскивает.

Сквозь оглушившую меня ярость едва узнаю голос Белого:

— Тихо, брат, тихо. Наказал, все хорошо. Давай девочку нашу вытаскивать.

Я лишь натужно дышу, хриплю, вцепившись в его руки.

— Давай, Кир, Лана ждет.

И только ее имя приводит меня в сознание. Побарахтавшись в грязи, поднимаюсь на ноги. Диман аккуратно задерживает меня и обтирает рукавом мое лицо. Я не знаю, что там – слезы, пот, слюни или чужая кровь, но он делает это почти нежно, без тени брезгливости. Киваю с благодарностью, шатаясь, добираюсь до Мальвины. Тоха помогает мне взять ее на руки. Она стонет и пытается что-то сказать.

Смотрю на Тима, который вцепился в подбородок Кристины смуглыми пальцами. Говорит ей зло:

— Я бы твою голову сжимал до тех пор, пока у тебя глаза не выскочат. Но мне западло мараться, Дуня.

Он отпускает ее, отталкивая от себя. Поднимает с пола ее смартфон:

— Это я забираю. Подчищу все, что наснимала, и верну.

Кристина испуганно кивает.

Одновременно слышу, как Белый оповещает нас:

— Порядок, он живой.

И мы движемся к выходу. Напоследок Диман говорит Дунаевой:

— Дружка своего забери, как очухается. Передай, что если он сболтнет о том, кто избил, то мы его, падлу, вообще на хрен убьем. Поняла?

Уже спускаемся по лестнице, когда Лана спрашивает, еле ворочая языком:

— Я в аду?

— Да, Разноглазка, – отвечаю, не задумываясь. – Вместе с адской четверкой.

Идем домой дворами. Идею с такси отметаем сразу, потому что четверо парней с девушкой без сознания – это сомнительная картина. Но я не против, я рад держать Мальвину максимально близко к себе. У Тима дома укладываем ее на кровать. Парни выходят, а я неловко застываю над ней. Раздеть? Надо снять хотя бы джинсы. Она до сих пор в моей толстовке, которая доходит ей почти до колен. Знал, что она маленькая, но сейчас это особенно заметно. Расстегиваю пуговицу и молнию, тяну толстовку ниже, чтобы не увидеть лишнего, и стаскиваю джинсы. Накрываю ее и собираюсь выйти.

— Тошнит, – хнычет Лана, – все вертится.

Я возвращаюсь, засовываю руку под одеяло, беру ее за тонкую щиколотку и подтягиваю к краю кровати. Вытаскиваю ногу так, чтобы ступня касалась пола.

— Заземляйся, Разноглазка. Так лучше?

— Да. Кир, это ты? – спрашивает, не открывая глаз.

— Я. Кто еще.

— Где мы?

— У Буса дома. Не переживай, тут только мы.

— Хорошо, – бормочет она.

Открывается дверь, и Тим засовывает голову в комнату:

— Можно? Я тазик принес.

Я хмыкаю:

— Слыхала, киса? Царский подгон от хозяина квартиры.

— Не хочу тазик, – снова хнычет Лана.

— Он розовый. Специально для леди, – уговаривает Бус и ставит его на пол.