Книга Бей первая, страница 100 – Юля Артеева

— Кирилл ходит к ней заниматься физикой и математикой. Своеобразная старушка, жесткая, всю жизнь преподавала. Но очень добрая. И одинокая. Мы ей помогаем, чем можем, а она нам – с поступлением в институт. Она живет одна в двухкомнатной квартире.

— Лана может жить у нее? – голос Кира даже вибрирует от эмоций. – Я правильно понимаю?

Я молчу. Смыкаю дрожащие пальцы на кружке с чаем.

— Нина Владимировна будет рада, – говорит Татьяна. – Но есть несколько условий.

— Какие?

— Родители Ланы должны быть не против. Как вы это решите, меня не касается. Не хочу даже знать о способе, который вы изберете. Дальше. До июля я буду все контролировать. Оценки, быт, все. Никакого алкоголя и прочего. Ты должна быть всегда на связи. Считай, что я твой личный социальный работник. Вторая мама, если угодно. Понятно?

Я молчу. Потерянно перевожу взгляд с ее лица на Кира и обратно. Насколько реально это предложение? Я сошла с ума, или это звучит, как действительно рабочая схема? Единственное слабое место во всей этой истории – первый пункт. Отец ни за что меня не отпустит.

— Это он? – в очередной раз спрашивает Малой.

И я снова отвечаю:

— Нет.

Я уже замерзла и порядком устала. Мы целую вечность торчим около моего дома, спрятавшись за соседним подъездом. Я была уверена, что отец выйдет в магазин. Всегда выходил. Но сейчас его нет. Поэтому мы все продрогли, а еще ужасно хочется есть и просто лечь на диван. Я в сотый раз бросаю взгляд на спортивную сумку, которую Бус принес с собой. Даже если спрошу, что там, не уверена, что хочу знать ответ.

Я уже почти решаюсь уговорить ребят уйти и оставить эту затею, но тут из дома выходит мужчина. И когда Антон дежурно спрашивает:

— Это он?

Я отвечаю едва слышно:

— Да.

Мы ждем, когда отец отойдет на достаточное расстояние, и крадемся к моему подъезду. Молча поднимаемся на этаж, заходим в квартиру.

Заглядываю на кухню – мама спит сидя, положив голову на стол. Чувствую жгучий стыд, но впервые позволяю кому-то увидеть хаос, в котором живу. Поэтому адская четверка заходит за мной.

Прямо в обуви идем в мою комнату. Я беру рюкзак, заталкиваю туда вещи, которые первыми попадаются на глаза. Хотя до этого тщательно продумывала список необходимого. Хватаю какое-то нижнее белье, футболки, что-то теплое, косметичку. Парни тем временем собирают учебники и тетради.

— Все, хорош, – говорит Разгильдеев, и мы послушно идем на выход.

В коридоре я мешкаю. Ничего не могу с собой поделать, ноги сами несут меня на кухню. Я трогаю маму за плечо. Она не реагирует, и я трясу ее сильнее. Мама поднимает голову так, как будто та весит целую тонну.

Я бормочу:

— Мам, давай переляжем на кровать? Хорошо?

— Лана, пора идти, – зовет меня Дима, но я не реагирую.

— Давай, мама, поднимайся, – я просовываю руки ей под мышки и тяну вверх.

Она наконец поддается и нетвердо встает на ноги. Я довожу ее до спальни и помогаю лечь. Закидываю ее ноги на кровать и накрываю пледом.

Наконец иду к выходу. Но в дверях парни почему-то мешкают, а потом и вовсе выталкивают меня в общий коридор, сами оставаясь в квартире.

— Уходи, – говорит Кир.

— Вы что? – мое дыхание сбивается. – Как уходить? А вы?

— Нам нужно остаться, Мальвина, – подмигивает Тим.

— Нет! Зачем? Пожалуйста, пойдемте вместе!