Книга Лжец. Мы больше не твои, страница 27 – Анна Гур

Качает головой неодобрительно, смотрит на меня так, что самой еще хуже становится.

— Зачетно ты меня сейчас умыла, Нина.

Делает шаг назад. Отпускает. И мне сразу же холодно становится. Будто силы лишаюсь. А он на мои ноги смотрит, опускает взгляд, отслеживаю. Чулки мои замечает, полоску белой кожи. Меня от его взгляда жаром обдает.

Я ведь готовилась к вечеру с мужем. Все подобрала. Чтобы почувствовать себя желанной, сексуальной, раскованной…

Чтобы увидеть блеск в глазах собственного мужа, а получила пощечину.

Звонкую. Болезненную.

А сейчас в глазах конкурента моего мужа плещутся очень странные чувства. От похоти до ярости.

Становится неловко. Быстро поправляю юбку.

Спускаюсь неуклюже со столешницы и отворачиваюсь к раковине. Ожидаю, что Царев исчезнет.

— Просто уходи, Вадим, оставь меня, пожалуйста…

Прикрываю глаза. Не хочу видеть его отражение в зеркале. Жду звонкого хлопка дверью и одиночества, потому что Петр сделал бы именно так.

И тем сильнее я удивляюсь, когда ощущаю горячее прикосновение к локтю и резкий разворот.

Меня вновь буквально впечатывает в тело мужчины, а сильные пальцы фиксируют так, что не двинуться.

— Я не оставлю тебя в таком состоянии, – горячий шепот в самое ухо, и мурашки сходят с ума, они разбегаются по коже, и я всхлипываю.

Царев меня резко разворачивает в своих руках, заглядывает в мое лицо.

— Что у тебя случилось, красавица?

Неожиданно дверь в уборную открывается, и влетает стайка подвыпивших девиц. При виде нас они на мгновение застывают, а потом все три пары глаз приклеиваются к Цареву.

— Оу… простите, но это дамская комната, – улыбается одна ярко накрашенная тюнингованная девица и смотрит прямо на Царева, всем своим видом давая понять, что она-то как раз не против повеселиться хоть в туалете.

Так странно наблюдать за тем, как девушки сразу же пытаются придать своим телам выгодные позиции, пожирая Вадима голодными взглядами.

Становится не по себе. Я с мужчиной в туалете клуба…

Если бы родители узнали, наверное, отца бы хватил удар. Но я столько времени была хорошей девочкой, что уже достало, а получила в ответ на свою порядочность лишь грязный плевок в самую душу.

Упираюсь руками в литую грудную клетку Вадима, пытаюсь оттолкнуть, но каменную глыбу не сбить.

— Пойдем, Нина, поговорим.

Он цепляет меня за локоть и тянет за собой, клином пробивает застывших девчонок, и я ловлю на себе их завистливые взгляды.

Вновь оказываемся в клубе, софиты ослепляют, я упираюсь каблучками, не хочу идти с Царевым никуда, но в какой-то момент ему надоедает мое сопротивление, он бросает на меня предупреждающий взгляд, и я понимаю, что меня он не оставит.

Не удивляюсь, когда Царев направляется к лестнице, ведущей на второй этаж. Секьюрити при виде его вообще без слов расступаются, и мужчина, не отпуская меня, поднимается, но так странно, что он не идет ни к одной из кабин, он проходит в самый конец коридора и распахивает дверь, и я оказываюсь в кабинете.

Не приватной ВИП-комнате для состоятельных и влиятельных…

А настоящий рабочий кабинет.

— Это твой клуб, – выдыхаю утвердительно, опять бросает на меня внимательный взгляд.

— Один из моих клубов, – отвечает совершенно спокойно. Без пафоса. Петя, например, в любом общении любит показать свою статусность, блеснуть, так сказать, а вот Вадим… он просто выдает фактом.