Онлайн книга «Я преподам вам урок!»
|
Бля, неужели они знают друг друга? Это будет фиаско… Весь мой план пойдет коту под хвост! — Мария, — голос Дария режет воздух. — Валентина. Вы уже спускаетесь? Сбор через три минуты. Олег оборачивается на голос, и я вижу, как он оценивает Дария — дорогое пальто, уверенная поза, преподавательский тон. Ян останавливается чуть позади, руки в карманах, но взгляд внимательный, считывающий. — Ого, какая встреча! — Олег усмехается. — Давно не виделись… Черт, черт, черт!!! 19 глава Дарий — Маша, дай мне пять минут. Просто выслушай… Мы выходим из-за поворота как раз, когда парень говорит это. Сперва я даже не узнаю его — высокая фигура в дорогой курточке, плечи расправлены с той особой уверенностью, которая бывает только у тех, кто никогда не знал отказа. А после вспоминаю Олега Никитина, Витю Самойлова и Стаса Рудишина. Я едва сдерживаюсь, чтобы не выматериться, челюсть сводит от напряжения, и физически чувствую как полыхнуло от Яна яростью — воздух вокруг него словно сгущается, становится тяжелее. В глазах Маши — чистая паника, как у пойманной птицы. Она прижимается спиной к стене, пальцы судорожно сжимают ключ-карту. Ее лицо бледнеет, веснушки выступают резче. Чего бы ей бояться? — Мария, Валентина. Вы уже спускаетесь? Сбор через три минуты. Едва выдавливаю из себя адекватные слова. Голос звучит ровно, но внутри все кипит. Сейчас из-за этих чертей полетят в Тартарары наши планы. — Ого, какая встреча! — Олег усмехается, и в полумраке коридора блестят его идеально белые зубы. — Давно не виделись. Маша выдыхает дрожащее "извините" — губы едва шевелятся, голос срывается — и буквально убегает. Щелчок замка в ее номере звучит как выстрел в тишине. Валя, бледная, но собранная, встречается со мной взглядом. Ее карие глаза сужаются, оценивая ситуацию с холодной точностью: — Я проверю Машу. Пара минут, и спустимся. Киваю. Правильно, ей тоже ни к чему знать, что мы знакомы со столицей. — Какая встреча! — Олег улыбается своей фирменной мажорской, расслабленной улыбкой. Он прислоняется к стене с видом человека, у которого впереди вся вечность. Темные волосы уложены с той небрежностью, которая стоит больше моей месячной зарплаты в универе. Честно говоря, на зарплату преподов мы с Яном тоже не выживем. — Сто лет не виделись… — Ты повторяешься, — хмыкнул я. — Потому что я очень рад вас видеть живыми… Значит, что Лисицин проиграл… Блядский Никитин, заткнись! Кулаки сжимаются сами собой, ногти впиваются в ладони. Отвечаю коротким кивком — минимум вежливости, ни капли больше. Его друзья — Витя и Стас — топчутся позади, перешептываются. Витя нервно теребит запонку на манжете — золотая, с инкрустацией. Стас постукивает носком лакированного ботинка по ковру. От них пахнет дорогим парфюмом вперемешку с гостиничной свежестью — приторно-сладкая смесь, от которой першит в горле. Золотая молодежь на выездной практике. Несмотря на то, что мы с Яном не далеко ушли, но столько пафоса в нас никогда не было. Но меня беспокоит другое. Реакция Маши — это не просто неловкость от случайного столкновения. В ее "извините" дрогнула боль — настоящая, глубокая, застарелая. Та, что оставляет шрамы на душе. Что может быть общего у нее и Никитина? Неужели она продалась кому-то еще? Я мог бы поверить в это. Но она не выглядит как продажная девка. И не ведет себя. Едва Руслан ее обидел, она с ним порвала. |