Книга Измена. Ужин которого не должно было быть, страница 60 – Ксения Пономарева

— Что «мало ли»? Почему ты мне не веришь? — мой голос дрогнул, но я не стала этого скрывать.

— Я никому не верю, — коротко отрезал он.

— Ты меня даже не знаешь, чтобы делать такие выводы! — я резко повернулась к нему.

Давид холодно усмехнулся:

— Что тебя связывает с Денисом?

— А при чём здесь он? — я почувствовала, как внутри закипает раздражение.

— Не надо отвечать вопросом на вопрос. Ну так? — его тон стал жёстче.

— Просто друзья, знакомые, — я пожала плечами, стараясь выглядеть безразличной.

— Просто? — он скептически приподнял брови.

— Да! Что смущает? — я повысила голос.

— Нет, ничего. Просто сомневаюсь, что он научился дружить с женщинами.

Я решила перевести тему — его недоверие начинало выводить меня из себя:

— Ты же в хороших отношениях с участковым? Он сразу позвонит, как будет известна хоть малейшая информация?

— Обязательно позвонит, — кивнул Давид.

— Как я понимаю, это он был в больнице?

— Да.

— Ммм… А ты кем работаешь? — я постаралась задать вопрос как можно непринуждённее.

— Лесником, — ответил он без паузы, будто заранее подготовил этот ответ.

— А живёшь тоже в лесу? — не удержалась я от лёгкой иронии.

— Иногда, — он бросил на меня короткий взгляд, и в нём ясно читалось: «Ты достала меня вопросами».

Я притихла, уставившись в окно. В салоне повисла напряжённая тишина. Мысли крутились вокруг одного: «Почему он помогает, раз ему так неприятно моё общество?»

Тишину потревожил резкий звонок его телефона. Давид бросил короткий взгляд на экран, он включил гарнитуру и начал отвечать — лаконично, односложно. Его лицо оставалось непроницаемым, но я заметила, как чуть напряглись скулы, а пальцы сильнее сжали руль.

Закончив разговор, он задержал взгляд на мне — оценивающе, будто заново взвешивал все «за» и «против», — и положил трубку.

— Сенина Алёна, — произнёс он ровным, бесстрастным тоном.

— Что? — я невольно выпрямилась, вслушиваясь в каждое слово.

— Знакомо имя?

Я задумалась, перебирая в памяти все знакомые имена и фамилии. Ничего не откликалось.

— Впервые слышу, — покачала я головой, глядя на него. — Ни разу не сталкивалась с этим именем. А кто она?

Давид чуть прищурился, будто пытаясь прочесть в моём выражении лица лгу я или нет. Секунды тянулись мучительно долго — я чувствовала, как под его взглядом внутри нарастает напряжение.

Наконец он слегка расслабил плечи и коротко кивнул:

— Ну хорошо, допустим, ты её не знаешь.

«Допустим… — мысленно повторила я. — Какой смысл доказывать человеку, если он всё равно не поверит?»

— Её направили на психиатрическое освидетельствование, — продолжил Давид, плавно снижая скорость перед поворотом к моему дому. — Всё указывает на то, что с головой у неё не всё в порядке. Надеюсь, больше у неё не получится ничего провернуть. Как с той ручкой… Она целенаправленно это сделала, словно знала, что ты находишься в больнице.

— Я тоже на это надеюсь, — поёжившись, ответила я. — Не очень приятно, когда на тебя нападают — и даже не знаешь из-за чего…

Машина затормозила у дома. Во дворе бегали мои девочки — они тут же замерли, заметив подъехавший автомобиль, и с любопытством уставились на нас. Старшая прикрыла глаза ладонью от солнца, пытаясь разглядеть, кто сидит внутри.

Давид взял в руки телефон. Я уже собралась открыть дверь, но он остановил меня: