Книга Академия Теней: Исповедь лисьего проводника, страница 6 – Анна Рия

Преподаватель хмыкнул.

— Нестандартный канал силы, через прирученную нежить. Проходите.

Я прошла, стараясь держать голову высоко, хотя внутри всё сжималось от стыда. Со стороны это действительно выглядело так, будто я просто стою столбом, а за меня всё делает мой питомец. Очень «впечатляющая» магия. Просто вершина некромантического искусства.

Следующее испытание было сложнее. И вонючее. От нас требовалось «залатать» полуразложившегося зомби, который медленно, но верно разваливался на части. Запах стоял такой, что я едва сдерживала рвотные позывы. В деревне у нас, конечно, тоже пахло не розами — особенно когда дядя Брим забывал вынести требуху после забоя скота, — но тут был какой-то особый, концентрированный ужас. Смесь гнилого мяса, сырой земли и чего-то химического, чем, видимо, пытались забить первые два аромата. Получалось плохо.

Другие адепты что-то шептали, вправляя кости и сшивая плоть чёрными тенями. У некоторых получалось довольно ловко — тени слушались, как послушные нитки с иголкой. Я же снова подошла к зомби и просто прикоснулась к нему. Ладонью. Без заклинаний.

Слава всем тёмным богам, о которых я тут ещё не знала, — мне досталась отдельная комната. Оказалось, быть «восстановителем» и одной из трёх девушек на всём потоке некромантов имеет свои плюсы. Хоть где-то повезло. Впервые за эти бесконечные дни.

Мне выдали ключ — скрипучий, холодный, будто от фамильного склепа, — и кинули свёрток с формой. Простое чёрное платье, мантия без выкрутасов. То, что надо для серой мышки. В такой и прятаться удобно, и на собственные похороны сразу — два в одном.

Дверь скрипнула, открывая мои новые владения. Комната оказалась аскетичной до зубовного скрежета. Узкая кровать с матрасом толщиной в мой мизинец, деревянный стол, умывальник, шкаф и одно окно во внутренний двор. Ни ковра, ни занавесок, ни даже крючка для полотенца. Скудненько. Но зато своё.

Я уже мысленно прикидывала, как бы пристроить сюда парочку горшков с папоротниками, и тут же себя одёрнула. Вряд ли здесь оценят мой вкус к озеленению. Придётся жить в готичном минимализме. Может, череп на стену повесить для атмосферы? Нет, перебор.

Бросив свёрток на кровать, я случайно глянула в зеркало над умывальником и замерла. Из отражения на меня смотрела лесная отшельница после встречи с медведем. Волосы — гнездо безумной птицы, перепачканное сажей и хвоей. Лицо в полосах грязи и засохшей крови. Глаза огромные, дикие. Платье — хоть выбрасывай.

Ну и неряха.

Теперь ясно, почему все косились. Думали, меня призрак из болота занёс. Или того хуже — студентка-второгодница после бурной ночи в некромантском общежитии.

Я стянула лохмотья и с наслаждением умылась ледяной водой. Холод обжигал, но приятно — будто смывал с меня прошлую жизнь. Элиана осталась там, в догорающем Осиннике. Здесь была только Элира. И ей предстояло выжить любой ценой.

Принялась залечивать царапины. Лёгкое касание, вспышка тепла под пальцами — и кожа снова гладкая. С этим проблем не было. В четырёх стенах лечить себя куда безопаснее, чем в лесу, где каждый огонёк магии привлекал гончих. Только бы никто не вошёл без стука. Зрелище светящейся золотом девицы в исподнем — не то, что ожидают увидеть в Академии Теней. Скорее, то, за что сжигают без суда.