Книга Изгнанная Истинная. Спастись от Дракона, страница 99 – Лиза Форти

И что мне ей сказать?

Что я умру? Или что боюсь того, что подруга примет удар на себя? Оба варианта мне не нравятся.

— У тебя должна быть своя жизнь, а не моя! — наконец, нахожусь я. И это правда. Она тоже должна выйти замуж, родить ребенка, в конце концов, получить в наследство целое королевство, а не ходить со мной по дворам в поисках работы.

— Успею еще! — беспечно отмахивается Зара. У меня просто руки опускаются. Я не знаю, что еще сказать.

Я так и засыпаю в отчаянии, зажав в руке сухую траву. Ее запах терпкий, горьковатый, он немного успокаивает, но не заглушает глухой боли в груди перед неизвестностью.

Утром хозяйка дома довольно рано заглядывает в сарай, громко и бодро окликая нас:

— Вставайте, а то раздачу денег пропустите! — в ее голосе слышится веселое нетерпение, словно она и сама уже готова сорваться в город.

Я сонно жмурюсь, когда первые лучи солнца, пробиваясь сквозь щели в дощатой стене, бьют мне в лицо. В голове еще путаются обрывки снов. Где-то нам просто так должны дать деньги?

“Лола!” — вдруг проносится у меня в голове, и сон слетает в мгновение ока. Я вспоминаю, какие перемены произошли в королевстве.

— Деньги — это хорошо… — тянет Зара, натягивая на голову край плаща, чтобы солнце не било в лицо, и вставать не спешит.

— Поднимайся, — толкаю я ее в бок. — Нам до города еще идти, наверное, час.

— Я вам завтрак приготовила, да и с собой немного еды, — говорит хозяйка и уходит.

Вот на слове “завтрак” Зара оживает. Мне кажется, что она голодная всегда.

Мы стряхиваем золотистые травинки с волос, лениво потягиваемся и встаем. Затем выходим во двор, а потом умываемся в кадке с холодной водой, набирая ладонями студеную влагу.

Вода бодрит, пробирая до костей, и жизнь становится чуть легче. Мы чистим зубы порошком из толченого угля и мятных листьев — на вкус он терпкий, но освежающий.

Наконец, заходим в дом, готовясь снова увидеть на столе лишь вареную картошку и пару скромных овощей, но хозяйка явно решила расщедриться.

На деревянном столе дымится кукурузная каша с медом, аромат сладкий и теплый, как летнее утро. Рядом — жареные лепешки, тонкие, покрытые золотистой корочкой, еще горячие, пахнущие пшеницей и маслом. В глиняной миске ждет овечий сыр, солоноватый, с терпким запахом трав, а к нему — кувшин густого кислого молока, по которому тянутся редкие сливочные подтеки.

Зара, не долго думая, подходит к столу и хватает лепешку. Она отламывает кусочек и жадно отправляет в рот, зажмуриваясь от удовольствия.

— Богатый завтрак, — не удержавшись, отмечаю я, садясь за стол.

— Спасибо! — радостно подхватывает Зара с набитым ртом.

— Не за что, девоньки, — хозяйка добродушно улыбается, вытирая руки о передник. — В путь-дорогу сытыми нужно идти.

Я медленно беру ложку и зачерпываю кашу. Она горячая, тягучая, с легким привкусом молока и меда. На мгновение мне кажется, будто я дома, и сердце немного успокаивается.

Зара же ест с таким аппетитом, словно ничего важнее этой каши для нее в целом мире не существует. Она жадно сгребает ложкой густую массу, зажмуривается от удовольствия, а потом облизывает ложку, бросая ее в миску с довольным вздохом.

Я доедаю свою куда медленнее, наслаждаясь каждой ложкой, а Зара тем временем решает не терять времени и впихивает в себя еще и лепешку. Горячая, ароматная, она ломается в ее руках, крошки падают на стол.