Книга Хозяйка острова. Мама для дочери дракона, страница 115 – Лина Калина

Детский смех раздался совсем рядом.

— Верно! Тома, я так скучала! — воскликнула Ханна и бросила обниматься.

— И я, — обняла малышку, стараясь не расплакаться.

Мы ещё какое-то время молча наблюдали за Яшей. Внезапно Ханна повернулась ко мне с надеждой в глазах:

— Тома, а можно я у тебя останусь? — Ханна обхватила мои руки своими маленькими ладошками и взглянула на меня снизу вверх. Её глаза, огромные и умоляющие, как у кота из «Шрека», не оставляли никакого выбора. — Пожалуйста!

— Конечно! — улыбнулась я. Признаться, иногда не хватало простых вещей... Например, посмотреть «Шрека» вечером. Но мультиков в Кеалмэ нет.

— Ура-а-а! — радостно крикнула Ханна. — А ты знаешь, папа строит дом! Представляешь, какой он будет огромный! — Малышка взволнованно запрыгала на месте, пытаясь руками обхватить необъятное. — У меня будет своя комната... с балконом! Только представь, Тома! — Глаза Ханны сияли от переполнявшего её восторга. Не в силах больше сдерживать фонтан эмоций, она тут же перескочила на другую тему: — А как там Чарпикс?

Не дожидаясь ответа, Ханна, словно подгоняемая нетерпением, схватила меня за руку и потянула за собой.

— Пойдём скорее, проведаем его! — бросила она на ходу.

Мы вошли в комнату, ставшую временным пристанищем Чарпикса. Моё сердце сжалось от горечи.

— Амулет Морока не работает, милая, — тихо произнесла я, с грустью глядя на шкаф, где в плетёной корзине спал Чарпикс.

— А можно я попробую ему помочь? — с надеждой спросила Ханна.

Я молча сняла корзину и протянула её малышке. Внутри, свернувшись калачиком, лежал Чарпикс.

Ханна бережно взяла феникса на руки. Её пальцы засияли мягким светом, и воздух наполнился розовыми искорками, похожими на лепестки волшебных цветов. Искры кружились вокруг Чарпикса, окутывая его магическим коконом.

Амулет Морока, что располагался на корзине, вспыхнул. С каждой секундой тусклые перья начали мерцать, переливаясь всеми оттенками красного. Потом феникс медленно открыл глаза. Он встрепенулся, расправив крылья, и комнату залила волна света. А потом, с протяжным мелодичным «кроу», Чарпикс взметнулся к потолку, превратившись в вихрь золотого огня.

Мы с Ханной, заворожённые, наблюдали, как вихрь кружит под потолком. Его перерождение было подобно восходу солнца — таким же прекрасным, величественным и волнующим.

Стало ясно: теперь он принадлежит Ханне.

Девочка робко протянула руку, и золотой вихрь мягко опустился на её ладонь, превратившись в маленького огненного птенца.

— Ого, какой он милый! Папа мне никогда не поверит, — прошептала Ханна, не отрывая глаз от маленького Чарпикса. — У меня теперь есть собственный феникс!

* * *

Дни потекли плавно и неспешно. Малышка, словно лучик солнца, озаряла мою жизнь. Всецело поглощённая заботами о Чарпиксе, она переселила его поближе к хромоксу, на уютный мини-вулкан.

А ещё я стала замечать за Деллой странности. Каждый день она куда-то уходила, унося с собой плетёную корзинку, и на её губах играла загадочная улыбка.

В очередной раз, когда она ушла, пообещав вернуться завтра, Ханна, заметив мой безмолвный вопрос в глазах, звонко рассмеялась:

— Это же обед для рабочих... и для папы!

Я молча кивнула, пытаясь отогнать непрошенные мысли о Дейве. Решила занять себя делами: поменяла Яше повязку, тщательно расчесала шелковистую гриву единорога. Но мысли всё равно возвращались... Ханна, словно почувствовав моё настроение, попросила полюбоваться на облака.