Книга Новая жизнь Миледи. Приют (злодейки) попаданки, страница 11 – Мари Александер

И всё равно у меня сохранялось преимущество.

Только вот мой ныне пленный не проявил интереса к шпаге. Он уже и на пистолет не смотрел. Его взгляд был прикован к моему лицу. Он будто пытался там что-то увидеть или же найти то, чего там не было.

Нервно отмахнув прядь волос в сторону от лица, я продолжала молча целиться в него. Я должна была выстрелить! Это был мой враг, он собирался позабавиться со мной, а потом доставить кардиналу. Зачем? Я не знала, но что-то подсказывало мне, что кардинал не просто так прислал за мной этих двоих.

А двоих ли?!

Эта мысль будто молнией меня поразила. Я нервно начала оглядываться по сторонам.

— Сколько? ‒ спросила я хриплым голосом. ‒ Сколько вас пришло за мной?

— Ты убьёшь меня? ‒ задал мне встречный вопрос Сант.

Я перевела взгляд с его лица на пистолет в моих руках и поняла, что всё равно не смогу этого сделать. Одно дело защищаться, а совсем другое добивать и так почти мертвеца. Качнув головой, я опустила руку и в этот же момент рухнула сама. Мои ноги подкосились, колени согнулись, и лишь ворох юбок смягчил удар пятой точкой об землю.

Меня начало душить рыдание, но я сдержалась. Откупала пистоль и, смахнув слёзы, уже бегущие по щекам, снова посмотрела на умирающего.

— Тебе больно? ‒ почему-то спросила я. ‒ Может что-то сделать?

Ответ его был странным.

— Она не ошиблась! Чудо свершилось.

Скорее всего, у него началась предсмертная горячка, потому как далее он понес какой-то бред. Говорил сбивчиво, переходя с французского на английский прямо посередине фраз, а то порой и просто чередовал слова. Но, как ни странно, я его понимала. Точнее я понимала сами слова их значения, но вникнуть в суть не получалось.

Одно я поняла точно, говоря «Она» Сант имел в виду какую-то леди Хэйвор, она же была графиней. Околесицу про знамение, весть божью и спасение кого-то там, и в том числе короля, я пропустила мимо ушей.

Мне сейчас себя нужно было спасти в первую очередь.

Но оставить умирающего я не смогла.

Головой понимала, что ему я точно ничем не могу помочь. Даже не требовалась быть доктором, чтобы констатировать факт: его травмы несовместимы с жизнью. Вспоротый живот и большая потеря крови из-за других многочисленный колото‒резаных травм, был самой явной причиной скорой смерти. И мы оба это понимали.

Вообще было не понятно, откуда у него взялись силы, чтобы подняться, зарядить пистолет и доковылять до повозки, чтобы выстрелить в спину Гисона. По сути, Сант спас мне жизнь. Пусть истинные мотивы его действий, мне и не известны, но всё же я решила, что не брошу его тут одного.

Несвязная речь вдруг оборвалась. Перед этим мужчина попытался приподняться, и силы покинули его. В этот момент он как раз говорил о послании от графини и потянулся рукой к своей груди. На это движение и ушли последние силы.

Он потерял сознание, но ещё дышал.

Решив, что он хотел достать то самое послание и передать его мне, я попыталась сама взять его. Но стоило мне отогнуть полы его камзола, как мне стало дурно, и я отпрянула от тела.

Хорошо, что я уже сидела на полу, а то точно бы упала головой назад.

Открывшийся мне вид был ужасен, меня согнуло пополам, так как желудок пытался выплюнуть сам себя из моего тела.

Всё же я не ошиблась, Гисон точно был любителем вспарывать животы. Понятно почему он решил, что его подручный умер. С такими травмами не живут, и тем более не передвигаются.