Книга Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти, страница 633 – Галина Гончарова

Когда Мечислав оторвался от моих губ, он походил на вампира еще больше. Помада кроваво-красного цвета выразительно размазалась по его губам и подбородку.

Я взвизгнула.

— Ой! Славочка, на что ты похож?! На что я похожа?! О боже! Немедленно найди мне зеркало! Слышишь?! Ты меня слышишь, чурбан бесчувственный?! Ты же мне весь макияж изуродовал!

— Пройдемте в мой кабинет, – вздохнул Мечислав. – Там Юля приведет себя в порядок, а мы сможем спокойно побеседовать.

Иван Тульский покосился на меня, как солдат на вошь. А на Мечислава – даже с сочувствием. Типа: как ты ее до сих пор не прибил?

Мечислав, не будь дурак, ответил выразительным взглядом из серии: «Сам не знаю. Зато она полезная».

Хамы!

Я подхватила Мечислава под локоть и затрещала, как сорока на базаре.

— Славочка, а ты мое любимое мыло купил?! То самое, красная линия, ну… интимное?

Хвала рекламе! Не будь ее, я бы и не знала, что у нас сейчас в моде. Мое дело было сейчас не давать Ивану Тульскому раскрыть рот до самой комнаты с телемостом. А там – хоть он травой прорасти! Зря, что ли, у меня в сумочке лежит фляга со святой водой? И я ее применю без всяких размышлений. Своя шкурка ближе к телу.

— Вы знаете, сейчас вышло совершенно шикарное новое мыло – интимный гель «Красная линия». Интересно, почему вдруг линия, да еще и красная… А вы как думаете? Там же все розовое… Ну, то есть неважно… а сейчас советуют мыть лицо гелем для интимной гигиены! Вот я так делаю, и кожа у меня – как попа у младенца! Ой! Ванечка, а в вашем присутствии можно упоминать такое неприличное слово – «попа»?!

Вадим не выдержал и отвалился в какой-то кабинет. Бедняга. Мечислав тоже стискивал мою руку до хруста костей, но держался. А я продолжала щебетать о преимуществах гелевого мыла перед обычным, кусковым, особенно напирая на страшные слова «мода» и «реклама». Хотя, если по-честному, я с детства умывалась самым обычным глицериновым мылом, делала маски с огурцами, а зимой вместо увлажняющих кремов всех сортов пользовалась обычным касторовым маслом.

И в жизни не страдала от прыщей. У меня их просто не было.

Хотя склянка с жидким мылом у меня тоже была. Оно же сильно пахнущее. А если ты возилась с рыбой (например, разделывала соленую селедку) или с чем-то не менее пахучим, надо отмывать руки чем-то ароматизированным. Хотя… я представила, как Мечислав пытается поцеловать мне лапку, сильно пахнущую… чесноком хотя бы, – и даже зажмурилась от удовольствия.

— Юленька, прошу, – Мечислав подтолкнул меня в комнату.

Леонид, стоящий почти сразу за дверью, тут же цапнул меня за руку и уволок в угол, под прикрытие Бориса и еще одного вампира, которого я не знала. Блин, стыдно! Вампиры за меня шкуркой рискуют, а я даже не знаю, кто это и как их зовут. Если останемся живы и целы, надо будет хоть познакомиться со всеми. А то свинство получается.

Я послушно подалась за их спины, подальше от Олега, видневшегося на экране. Рядом с ним находился еще один вампир – резко испанского типа, даже еще испанистее Рамиреса. Ну если это не идальго, то я уж и не знаю, что этим словом обозвать. Интересно, а зарождение инквизиции он видел? Бесценный исторический источник пропадает! Какой материал он мог бы дать историкам… если бы раньше их не загрыз! Или они его под кустиком не прикопали. История-то у нас нынче непредсказуемая: скажет бедный вампир что-нибудь, что противоречит политике партии, – и усё. Так кучку пепла и зароют.