Книга Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти, страница 627 – Галина Гончарова

— Юлька, ты справишься?

В голосе вампира была искренняя тревога. И это помогло мне собраться. Я – Леоверенская. Пусть даже мне и страшно до… до смены подгузников, но я справлюсь. Это мой дом. Я его страж. И если кто-то наивно надеется запугать меня своей внешностью, а потом этим пользоваться… Ха!

Слоны еще больше, но я ведь их не боюсь, я просто не стану попадаться им под ноги. А если слона расписать в три краски, они еще и пострашнее будут. А ну, собраться! Твой дед войну прошел, твой прадед на Сахалине с японцами воевал, а если еще и поглубже копнуть, то один из прапрапрапредков и под командой Кутузова Наполеона бил! Мои предки никогда страху не поддавались! А если бы кто поддался – прибили бы на месте. И меня не было бы! Не сметь оскорблять их память!

Пяти секунд мне хватило на принятие решения. Он страшный.

Я боюсь.

Бежать некуда.

Вывод – надо драться. Как?

Высокомерие? Не катит.

Пренебрежение? Надменность? Гордость?

Рядом с этим айсбергом? Да я буду выглядеть даже не моськой – мокрицей рядом со слоном.

Дерзить? Мне Мечислав потом ноги выдернет. А ведь этот тип начнет меня размазывать, и я не сдержусь, начну хамить и ругаться. Чем это кончится? Какая разница. Главное – ничем хорошим. Вот.

Быть радушной?

Этот тип разотрет меня в порошок, вытрет об меня ноги и выудит всю информацию. Даже ту, которой я и сама не знаю. И еще мне придется сопровождать его до города. А ехать в одной машине с этим?!

Черта с два! О!

Идея была так неожиданна, что я аж вздрогнула. И вспомнила – одну мою подругу. Точнее, однокурсницу, у которой все преподаватели мужского пола просто боялись принимать экзамены. А ведь такая милая девушка.

И вообще… Это уже раз сработало – с Рамиресом. Но Рамирес-то меня знал. А этот только рассказы слышал. Так что можно играть. Прорвемся!

— Юлька, нам пора, – шепнул Вадим.

Я подняла руку, и вампир умолк. А я еще раз собралась с мыслями.

Этот вариант может и сработать. И, пожалуй, это единственное, что мне доступно.

Я оскалилась.

— Если кто-то посмеет меня перебивать, что бы я ни говорила, – пишите завещание сразу. В трех экземплярах.

Мужчины переглянулись. Потом Вадим неуверенно кивнул.

— Как скажешь. А что именно ты будешь говорить? Раскрывать свою задумку я точно не собиралась – слишком она хороша.

— Вадим, если я начну теряться или слишком сильно хамить, можешь наступить мне на ногу, – процедила я. – А теперь – предложи даме руку. А то еще придется с этим жирафом идти, а у меня шея не казенная так голову задирать.

Вампир хлопнул меня по плечу.

— Юлька, так держать!

Я решительно опрыскала шею и подмышки духами из флакона. Вонь пошла на весь салон. Французские духи, знаете ли: капля – райский аромат, полфлакона – термояд. Окружающие закашлялись.

— Кого и за какое место?

— Пошлячка! – Вадим предложил мне согнутый локоть.

— Бим-бом. Сам хам.

Мы поплыли к взлетно-посадочной полосе.

При нашем приближении Иван Тульский, стоящий с таким видом, словно это все – его владения, чуть склонил голову набок и принялся нас разглядывать. Я тут же почувствовала себя букашкой под микроскопом и разозлилась. У каждого вампира есть свое, только ему присущее качество. У Мечислава – ну, тут все ясно – это секс ходячий. У Даниэля были его картины. А у Ивана Тульского – высокомерие. Даже не высокомерие, а умение дать понять окружающим, что они даже ковриком под его ногами лежать недостойны.