Книга Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти, страница 594 – Галина Гончарова

«Шкаф» все-таки ответил мне.

— Свернули шею. Явно оборотни.

Странно. Зачем такое разбазаривание ценного материала?

Могли ведь и вампирам скормить?

— За что?

Я не ожидала ответа, но получила его из неожиданного источника – от одного из сотрудников, которые выносили оборотней.

— Когда мы пришли, он был еще теплый. Его убили, когда начался штурм. Вам повезло, что эта нечисть не добралась до вас.

— Не успели? Не захотели? Побоялись своего «господина»?

— Сложно сказать. Но вам повезло, – подвел итог «шкаф». – Они при вас ничего не говорили об этом «господине»?

— Я поняла так, что это вампир, – не утаила я, – а вот кто именно… не мог это быть кто-то из тех двоих?

— Вряд ли. Они даже не проснулись, когда их убивали.

Слабаки.

— Действительно. То есть вечером сюда явится сильный старый вампир?

Мое замечание мигом переключило все внимание ИПФовцев. Все как-то засуетились, а Пикринов глянул на Рокина.

— Костя, отвези девушку домой? И пусть она позвонит мне, когда оправится от потрясения и отравления. Нам надо будет оформить документы, подписать протокол…

Рокин не спорил. Я тоже. Дел предстояло выше ушей. По пути домой мы молчали.

* * *

Какие глаза были у Глеба и Константина, которые попивали пиво в машине…

Большие. Выпученные, как у жаб. Вырази-ительные… Стекла были опущены по случаю солнечного и теплого дня, и потому я смогла насладиться анимешными глазами оборотней. Еще бы. Думаешь, твой охраняемый объект в квартире? А тут ее привозят ИПФовцы на служебной черной «Волге».

Мало того, ведут под ручку. И вид у объекта весьма потрепанный.

Вот сиди теперь и думай, что с ней случилось и куда объект (а если он – это она женского рода? объектина? объектиха?) успела за это время вляпаться.

Рокин под ручку сопроводил меня до квартиры, открыл дверь и осторожно, как девяностолетнюю бабушку, провел в комнату и усадил в кресло.

Сам он уселся на диван.

— Пожалуйста, принесите мне водички попить, – попросила я.

Рокин потрусил на кухню. А я тем временем избавилась от бижутерии. Когда кожа потная, все это раздражает не хуже наждачки. Еще прыщи пойдут…

Но вообще-то этот вариант стоит рассмотреть. Вдруг Мечислав откажется кусать меня за прыщавую шею? Если это противоречит его эстетическим принципам?

Рокин протянул мне воду и вдруг наклонился ближе. Я недовольно отстранилась. Он бы мне еще в кресло влез.

Но как оказалось, Рокина интересовала не я, а мои… повреждения. Он уселся на диван и светским тоном (так, что было ясно: фиг отошьешь) спросил:

— Юля, а что у вас на шее?

Я мысленно чертыхнулась. Совсем забыла про укус. Хорошо хоть бисер не сбился. А сейчас, когда я все сняла, ранка стала отчетливо видна.

— А вы не догадываетесь, что у меня может быть на шее?

Явно не поцелуй любовника! – нагрубила я.

Рокин не обратил никакого внимания на мое хамство.

— Это сегодня?

Я кивнула. Еще бы. Дело-то было под утро. Но Рокин внезапно понурился.

— Значит, я все-таки опоздал.

Я чуть было не ляпнула «куда?», но Бог, покровительствующий дуракам, был ко мне сегодня благосклонен. На меня вдруг напала жуткая икота – видимо, оборотни поминали меня в своих разговорах.

А пока я задерживала дыхание, дошло даже до меня. Рокин считал, что меня покусали сразу же, как только похитили. Разубеждать его?! Ага, щаз-з-з! Своя шкурка ближе к телу и дорога хозяину.