Книга Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти, страница 105 – Галина Гончарова

— А что – не похоже?! – Когда я препиралась с Мечиславом, мне даже становилось лучше. Или мне вообще становилось лучше? Дурнота проходила, и по телу разливалось странное тепло. Становилось легко и хорошо, как никогда раньше. Шок от кровопотери? Не знаю. Но чувство было такое, что я могу горы свернуть!

— Да нет, похоже. – Вампир уже справился с собой – и протягивал мне руку. – Потрогай. Ты имеешь право знать. Хотя иными правами лучше не пользоваться.

Я покривилась.

— Согласна не пользоваться своим правом дотрагиваться до вас.

Лицо вампира было безупречной красивой маской.

— У тебя нет такого права. Это всего лишь предложение.

— И все равно мне не хочется к вам притрагиваться, Мечислав.

— Но иначе ты не поймешь разницы. Кстати, пока ты решаешься, то есть пока ВЫ решаетесь… Даниэль, ты уже питался от нее – подобным образом?

— Да.

— И она не падала в обморок?

— Ей было тогда очень плохо.

— Ага. А еще я впервые убила вампира, плохо себя чувствовала после драки, сцепилась с Дюшкой, обломала ему весь допрос свидетелей… Кстати, Даниэль, твое состояние тогда тоже не способствовало моему хорошему самочувствию. Ты выглядел как картинка из учебника для начинающего живодера.

— Об этом я не подумал.

Вампир выглядел смущенным. Меня это немало забавляло.

— Я подумала. Итак, что за энергию вы имели в виду и как это относится ко мне?

— Что такое энергия? – задумчиво переспросил Мечислав. – В терминологии вампиров – это сила души. Знаешь ли, каждый человек обладает той или иной силой. Кто-то выжимает двести килограммов, а кто-то может простоять всю ночь на морозе – и выжить. Это и определяет энергия. Сила души, направленность души. Когда мы пьем кровь, мы стараемся выпить еще и эту силу. Лишившись ее полностью, человек умирает. Если лишить его этой силы частично, он довольно быстро ее восстановит, хотя в это время будет чувствовать себя не очень хорошо. Обморок, неадекватное поведение – да все, что угодно! Но так, чтобы человек умел отдавать свою энергию, – это редкость. Легендарная редкость. А чтобы человек не отдавал, а управлял и делился, как ты, – я такого вообще не помню. Я выпил из тебя очень много энергии. Не крови, а именно энергии. Любой другой человек умирал бы у меня на руках после этого сеанса. Но ты отдала эту энергию по доброй воле – и чувствуешь себя очень неплохо.

— Еще раз напоминаю, мы с вами на брудершафт не пили!

— Я пил твою кровь, Юля. Это гораздо сильнее сближает, чем если бы мы просто пили вместе.

— Это для вас, не для меня. Хотя… можете обращаться ко мне на «ты». Как и любое существо старше восьмидесяти.

Мечислав покривился при намеке на возраст, но спорить не стал.

— Ты так и не решишься до меня дотронуться? Не бойся, я не стану действовать на тебя своей силой. Хотя она и переполняет меня.

Я нерешительно дотронулась кончиками пальцев до его руки. Рука была не по-вампирски горячей. Я уже достаточно общалась с Даниэлем, чтобы знать – вампиры всегда прохладны. Или просто у меня замерзли руки? Я схватилась за Даниэля. Нет, его руки были едва заметно теплыми. Вовсе не настолько. Совсем по-другому.

— Вы горячий.

— Это твоя сила. Я пил кровь одного из тех парней, но именно от тебя получил это тепло.

Мне ужасно захотелось заплакать, когда я подумала о несчастном водителе. Плакать в присутствии посторонних я не могла и попыталась сосредоточиться на своем состоянии. Но, проведя внутреннюю ревизию, обнаружила, что чувствую себя не так и плохо. Тошнота уже ушла, виски не давило, а мушки растаяли вдали. И слезы не текли. Но обсуждать все это не хотелось. И говорить с вампирами – тоже. Потом я потребую объяснений. Потом я попрошу рассказать мне подробнее об энергии и способах ее реализации. Потом.