Книга Ведьмам накладывают швы, страница 142 – Джульетта Кросс

— Не шевелись, – приказала я, приступая к работе беспроводной тату-машинкой.

— Как скажете, мисс Савуа.

После нескольких минут работы в тишине я подняла на него взгляд. Его золотисто-волчьи глаза смотрели на меня из-под полуприкрытых век.

— Нико тебя прикончит, – сообщила я ему как ни в чем не бывало.

— А, ну да, – согласился он. – Выпустит мне кишки, не сомневаюсь.

Остальные молча наблюдали за нами.

— Короче, готовься к последствиям.

Повисло молчание. Тату-машинка работала бесшумно, и в мастерской слышался только скрип стальных листов крыши, когда снаружи дул ветер, и шарканье ног, когда кто-то из оборотней ходил туда-сюда.

— Знаешь, в тот вечер я кое-что понял, – сказал Шейн почти шепотом.

— Ты про что?

— Помнишь новогодние каникулы в Остине?

Я взглянула на Шейна. Он переменился в лице – не осталось ни привычной для него игривости, ни суровости. Казалось, он о чем-то грустил.

— Что именно ты понял?

Магический блеск моих ладоней добавил света полутемному гаражу, который до этого освещали лишь несколько уцелевших лампочек. Скорее всего, его периодически посещали подростки, которые приходили сюда выпить, заняться сексом или за тем и другим сразу.

— Что ты сойдешься с ним. И уведешь его от нас.

Я даже не знала, как на это реагировать.

— То есть ты обвиняешь меня в том, что Нико ушел из твоей стаи? – раздраженно спросила я.

— Нет. – Он отвечал ровным и мягким тоном. – Так распорядилась судьба. Теперь я сам это понимаю.

— Судьба? Ты веришь в судьбу?

— Я же оборотень. – Он бросил на меня саркастичный взгляд. – Я навеки проклят ведьмой, которая заколдовала всех мужчин-потомков первого охотника на них. Магия на крови не теряет мощи с течением времени, хотя с тех пор прошло уже несколько столетий. Так что да, я верю в судьбу.

Это правда. Ведьмы и колдуны появлялись на свет с магическим талантом. Вампирами либо рождались, либо обращались, получая способности. Гримы… кто знает, откуда они вообще появились? А оборотни были прокляты с рождения. Их магия являлась не даром, а скорее недугом, который портил им жизнь. Одна злая ведьма, оказавшись лицом к лицу с охотником, предопределила судьбу сотен его потомков. На веки вечные.

Наверное, Шейн действительно верил в судьбу. Его вера прошла испытание как болью и страданиями, которые причинял зверь внутри самому оборотню, так и вредом, который этот зверь мог нанести тем, кто ему дорог. Другие сверхъестественные не испытывали боли или страха, которые сопровождали бы их с самого момента появления на свет. И никто, казалось, этого не замечал. Или никому просто не было дела до изгоев нашего мира – до оборотней.

Но мне – было. Я надеялась, что смогу помочь им изменить судьбу. Хотя моих собственных усилий и было недостаточно.

— Тогда я просто не готов был это признать, – добавил Шейн еще тише. – Или принять.

— Прости, что именно?

— То, что Нико нас покинет, – уточнил он. – Он был моим лучшим другом. Почти братом. Я был очень зол, когда он ушел.

Я попыталась смягчить явную боль, которую он все еще испытывал из-за Нико.

— Он чувствовал, что у него не было выбора. После случая с Таем, разумеется.

— Я знаю. – Оборотень помолчал, прежде чем добавить: – Теперь я все это знаю. Но от этого мне не менее больно.

Я доделала контур головы, решив оставить ее около семи сантиметров в диаметре.