Книга Опальная жена Его Высочества. Право на предательство, страница 89 – Мария Вельская

Значит, он совершит ошибку совсем скоро. Возможно, уже совершил в поездке. Если он успел мне изменить – я даже порадуюсь.

Таковы жестокие законы мира знати – за закрытыми дверями, пока никто ничего не знает, твори, что хочешь. Но если твои грешки всплыли и стали достоянием общественности – будь готов, как минимум, к порицанию.

Задокументированные измены – камешек в сходящий сель моего развода.

Нудно найти любые следы преступлений Тристана. Измены. Участия в заговоре. И тогда я смогу от него избавиться. Обязательно. У меня всё получится.

Не помню, как долго мы шли до покоев, но стражей я отпустила. Хотелось побыть одной.

Дверь в комнату, где я расположилась, была открыта. В коридоре валялась моя сумочка.

Я застыла. Замерла, прислушиваясь к шорохам.

Хлопнула резко створка окна. По ногам прошёлся холодный воздух. Корри вздыбил шерсть и вдруг резко, угрожающе заворчал. Я попятилась к двери, ещё не понимая, что именно ему не понравилось, но дойти не успела.

Мою талию обхватили крепкие руки, меня прижали спиной к чужому телу, шеи коснулось горячее дыхание.

От мужчины пахло вином, пылью и песком.

Тяжёлая ладонь закрыла мне рот и знакомый до боли, звонкий голос прошептал:

— Вот мы и встретились, дорогая жена. Надеюсь, ты по мне скучала?

Шаннер Мъярг

Отец его обыграл. Такое случалось и раньше, но ещё никогда вместо лёгкой досады от попадания его не накрывала жгучая ярость.

Дверь кабинета распахнулась без стука.

О нет, он не позволил себе ни повысить голос, ни хлопнуть дверью, ни выпустить магию.

Сидящий за столом моложавый мужчина с длинными светлыми волосами, легко тронутыми сединой, поднял голову.

На лбу императора пролегла едва заметная складка. Черты лица заострились, кожа загорела и загрубела, но в остальном он почти не изменился.

Вне возраста и времени.

— Мог бы предупредить, что возвращаешься без официальной шумихи. Так понимаю, Тристан тоже здесь? – Поинтересовался сухо.

— Разумеется. – Голос императора – низкий, суховатый, обволакивающий, пригибал к земле. – Я оценил, как ловко ты сплавил своего брата. Но ты в самом деле думал, что я этого не замечу? Решил крутить шашни с его женой? – Резко задал вопрос отец.

Давление в кабинете возросло.

— Нет, – насмешливо ответил Шаннер, – но я избавлю эту женщину от брака с моим братцем. Никакие одаренные наследники Тристану не достанутся. Всё, что он способен произвести на свет – таких же никчёмных дураков, как он сам. Скажешь, нет?

Император Нъяргар, Эррион Валентайн Мъярг, потёр пальцем шрам на подбородке.

Казалось, он совсем не слушает сына, как будто ему это неинтересно.

Только в золотых глазах ярко вспыхивали искры – одна за другой.

— Прорицатель не ошибается. Аэри Сорлейн предназначена твоему брату. Не вмешивайся, Шан. Я во многом тебе потворствовал, но мы оба знаем, что благо империи превыше всего, – наконец, отрывисто произнёс мужчина.

Он нахмурился, как будто у него сильно болела голова и медленно встал, заложив руки себе за спину.

— Но и ты не бог, чтобы быть уверенным, что всё понял правильно. – Тонко усмехнулся Шаннер.

Лицо кронпринца осталось бесстрастным, только глаза сверкнули пламенем.

Высокомерие отца выводило из себя. Он снова играл в одну ему понятную игру. Принц выдохнул, заставляя себя успокоиться. Учитель прав, пора выпустить силу и дать волю своему безумию, покормить огонь, пока он не потерял контроль окончательно.