Книга Снегирь и волк, страница 63 – Татьяна Кадуцкая

Когда Стах Карнеро позвонил ему, Ян насторожился:

— Чего тебе?

— Давай поменяемся месяцами!

— То есть?

— Ты мне уступишь тревень, а потом изок и страдник (июнь и июль — Прим. авт.) — твои.

— Зачем?

— Надо.

Грис отказался чисто из вредности:

— Нет.

— Да пойми ты, я Полинку порадовать хочу.

Ян и так исходил от ревности, а тут Стах со своим «порадовать»!

— А я не хочу?! Радуй в своё время.

— Потом будет поздно, — брякнул Карнеро.

Серый заинтересовался:

— Стах, что ты удумал? Колись, или натравлю Гаруальда.

— Сука ты, серый! Я ж правда для Полины стараюсь.

— Рассказывай!

Земля, конец мая

Полина боялась, что сойдёт с ума. Её мальчик! Сынок! Миленький! Родненький! Вытянулся за год. Худой. Только глаза взрослые, словно сыну не тринадцать, а все тридцать. Модная стрижка. Полина всегда следила за внешним видом сына. До одури хотелось, чтобы Лёшка был популярным в школе.

Подросток вдруг обернулся, скользнул взглядом по гостям, пришедшим на последнюю линейку в учебном году, словно искал кого-то. Когда карий взгляд остановился на ней, пусть и за тонированным стеклом автомобиля, женщина взвыла от тоски. Пальцы кололо от желания обнять, прижать сына к себе. Услышать снисходительно-ласковое «ну, мам». Женщина раскачивалась из стороны в сторону.

— Господь милосердный, забери эту бесконечную волчью жизнь за хотя бы один год с сыном! — молилась она, давясь слезами.

Альфы беспомощно переглянулись. Вот так сюрприз получился!

А потом дверь автомобиля открылась, и на переднее сиденье скользнул эмиссар:

— Что вы здесь делаете?

Оборотни в автомобиле посерели, понимая, что им грозит за нелегальный визит на Землю. А Гаруальд Маггур просто так это не оставит!

— Полина очень скучает по сыну, — Ян отвёл взгляд. — Мы решили, пусть увидит.

— Вы решили? — Белый вскинул бровь и кивнул на обезумевшую от горя волчицу. — Увидела. Довольны?

Ян и Стах отвернулись. Гаруальд глянул на Алеса Преславского за рулём:

— Едем отсюда! — потом уставился на виновников. — Вы хотя бы понимаете, чем это чревато? Полина, если ты выдашь себя — будет зачистка! Знаешь что это?

— Знаю, — прохрипела женщина, не отрывая глаз от окна, хотя школа и дети уже остались за поворотом.

— А я напомню. Ликвидируют всех, кто сталкивался с тобой. Хочешь сыну смерти?

Оборотница с ненавистью глянула на эмиссара. Тот кивнул:

— Я так и думал. Поэтому никаких контактов с прежней семьёй. Вообще забудь, что ты здесь была сегодня! — Гаруальд перевёл взгляд на альф: — Теперь вы, любезные! Я сохранил за вами право опеки над Полиной, надеясь, что вы поможете ей обжиться в нашем мире. А вы?.. Ну ладно Стах, у него всегда хвост впереди головы! Но ты, Ян, самый рассудительный и спокойный оборотень из всех, кого я знаю. Как тебя-то угораздило?!

Молчание было ему ответом. Да и что могли ответить Стах и Ян. Понимали, что рискуют — да. Гаруальд, злой, взбешённый, процедил:

— Вы не справились с доверенной вам миссией. Я отбираю у вас право опеки над укушенной волчицей.

— Что? — слились в один два возмущённых крика.

— Я отправлю Полину Кузьмину в стаю Белых волков, под опеку Рейнгольда Виттура.

Серый альфа зло клацнул зубами, едва сдерживаясь, чтобы не броситься на эмиссара. А Стах сочувственно погладил Полину по голове:

— Прости, девочка, мы хотели как лучше, а в итоге подложили тебе такую свинью… прямо свинищу.