Книга Призрачный мост Матиара, страница 98 – Татьяна Кадуцкая

Девушка в первый момент замерла, а потом обиделась. Слишком буднично звучал голос мужчины, словно он не в любви признавался, а сообщал о том, что пошёл дождь. Она не удержалась:

— И часто с тобой такое случается?

Лачев заметил гневно раздувающиеся ноздри Даниэль.

— Что именно?

— Влюбляться в тех, кого одурачил, — девушка с укором посмотрела на него. — Твой обман в Саорсе…

— Шпионаж, — перебил её мужчина.

— Что?

— Правильно это называется шпионаж, — Гораций усмехнулся, — когда разведчики одной страны выведывают секреты другой. Что теперь скажешь, Даня? Ощущения несколько изменились, правда?

Она не обратила внимания на его усмешку:

— Зачем тебе тайны Ледяных волков?

— Не мне — стране, — мужчина потёр лоб. — Понимаешь, Данька, ситуация на континенте сложная, расстановка сил меняется. Отступничество расползается по королевствам как опухоль. Ты даже не представляешь, сколько мелких очагов мы накрываем каждый месяц у нас в Аврее, а они появляются вновь и вновь, как грибы после дождя. В империи Санос за отступников хорошо взялись после истории с Кханами, вот они и бегут, ищут новое пристанище.

Девушка, склонив голову, попыталась вспомнить, о чём говорит Лачев. Один из известнейших магических родов оказался приверженцем и служителем Тьмы. Мужчина вроде бы погиб от рук родной дочери, а сама отступница попала к оборотням или была разорвана ими. Этого Даниэль точно не помнила.

Гораций посмотрел на девушку:

— … Я не хочу, чтобы в нашем королевстве появилось это зло.

— Ты тоже некромант.

— И что? — мужчина выгнул бровь. — Поверь, если мне доведётся встретить отступника, я его убью. И мне будет абсолютно всё равно, некромант он или маг Воздуха.

Даниэль тряхнула головой:

— Прости! Я знаю, что отступниками становятся не по дару, а по собственным убеждениям.

— Именно, — согласился колдун. — Только вот убеждения могут меняться. Иногда сами по себе, а иногда с чьей-то подачи. Явится вот такой говорливый красавец, запудрит мозги молодым магам — и понеслось. А назад дороги нет. Тьма не отпустит. Поэтому мы должны быть сильными.

— А может, нужно правильно воспитывать молодёжь, чтобы ценили жизнь — и свою, и чужую? — предложила девушка. — Чтобы маги не считали себя лучше других?

Лачев хмыкнул:

— Само собой. Но это не мой профиль. Уж извини! Учат и воспитывают пусть учителя и профессора, а я военный, я стою на страже внутренней безопасности нашего королевства. И если я ищу новые средства защиты или новое оружие, разве это плохо?

Даниэль промолчала. Она запуталась.

— Но… Все говорят, что Аврея-Десетра — самое чистое от отступников королевство?!

— Правильно говорят, — согласился маг. — А сейчас подумай, чего нам это стоит.

— Всё равно не понимаю. А Род тут причём? Почему ты так уверен, что он что-то знает про тех вымерших оборотней?

— Знает, Даня!

Такая слепая уверенность Лачева обескураживала. Девушка поджала губы, а колдун беззвучно ругнулся. Они вернулись к тому, с чего начиналось утро. Спорить и ругаться не хотелось. К радости Горация, ему позвонили. Он развёл руками и виновато посмотрел на девушку, та всё поняла и вышла из кабинета.

С магом они встретились через пятнадцать минут в холле. Даниэль, привлечённая громкими голосами, спустилась вниз. В чужом доме она ещё чувствовала себя неуверенно. Девушка шла к Горацию и всё время оглядывалась, жалась ближе к стене. Мужчина, проверяя бумаги в портфеле, украдкой следил за происходящим. На губах мага мелькнула снисходительная улыбка. Данька, Данька! Его маленькая стеснительная лисичка!.. Ничего, пускай привыкает!