Книга Счастье бродит на кошачьих лапках... Книга 1, страница 192 – Татьяна Кадуцкая

— Вижу, что не получилось. Я полагал, что десять лет на вершине прайда развратили тебя, превратив в такую же снобку, как твой бывший муженёк.

Кошка напряглась от непонятных ноток в голосе мужчины. Это было не пренебрежение и не ненависть, а что-то другое. Неожиданно линул дождь. Калина растерянно глянула на набежавшую тучку. Пардус тем временем открыл зонт и за руку притянул женщину к себе.

— Отпусти! Иначе худо будет! — всполошилась та.

— Ты о своей охране? Так вон она, — и пардус помахал рукой ханам, спешившим к ним.

Калина жестам велела охранникам не вмешиваться. Ни кчему ей скандал. А людей вокруг уйма. Выходной день, все вышли гулять, и даже дождь не пугал их.

— Что тебе нужно, Хадрами?

— Всего лишь хочу провести тебя домой. — мужчина забрал у кошки сумку с ноутбуком и повесил себе на плечо. — Ты же не хочешь промокнуть?

— Зачем тебе это? Извини, но в твою доброту и заботу я не верю.

Пардус усмехнулся:

— Зря. Тебе я помогу всегда.

— С чего такая честь? Я ведь больше не фири-гахум

— Именно поэтому! — просиял Хадрами. — Ты теперь свободна, Калина. И я могу смело ухаживать за тобой. Мне нечего и некого бояться.

Она засмеялась, решив, что он шутит.

— А раньше, выходит, боялся?

— Я, конечно, люблю тебя, но с ума не сошёл! Бросаться на тигра, зная, что он стопроцентно перегрызёт мне горло, глупо. Я ждал своего часа. И дождался.

— Что? — женщина споткнулась от неожиданности. — Какая любовь? О чём ты говоришь?

— Ты удивлена?.. — леопард удержал её от падения и сардонически хохотнул. — Представь, какого мне! Влюбиться в кошку. которую воспитали в ненависти к пардусам, и ко мне, в частности!

Калина опустила голову. Как бы она ни относилась к леопарду. но смеяться над его чувствами не стала.

— Инсар…

Теперь уже Хадрами сбился с шага: женщина впервые назвала его по имени.

-.. Не тешь себя напрасными иллюзиями. Не имеет значения. что происходит сейчас между мной и Виджеем. Я никогда не буду с тобой.

Оборотни остановились возле дома Калины. Мужчина улыбнулся. протянул её сумку с ноутбуком.

— Никогда не говори никогда, Ратомская!

Он выделил её нынешнюю фамилию и ушёл. Калина ввалилась в квартиру в таком раздрае, что впервые не думала о Виджее и его новой жене. Признание Хадрами не то чтобы впечатлило её, но заставило задуматься и заволноваться. Она занималась домашними делами и попутно размышляла о случившемся.

В это время пискнуло оповещение на ноутбуке. Женщина опомнилась и улыбнулась. Пришло письмо от Сашки! Они общались уже полгода. Калина знала. что девушке семнадцать лет, что у неё есть только отец. Что случилось с матерью. кошка не спрашивала. Шестым чувством понимала, что тема для Саши очень болезненная. Сама оборотница тоже рассказывала о себе, но скупо и обтекаемо.

Землянка с пониманием относилась к этому. Вообще в их отношениях с самого начала были чёткие рамки. Если в переписке всплывала неприятная тема. Калина или Саша прощались. Это было знаком, что задавать подобные вопросы нельзя.

Так оборотница узнала, что нельзя спрашивать про мать девушки, про её учёбу, про друзей. А землянка никогда не интересовалась, кто муж Калины, где она живёт, кто её семья. Они не обременяли себя девчачьей ерундой. Не говорили о моде, о бой-френдах (это словечко Калина подцепила у землянки). Они не показывали свои фото, ничего не обещали друг другу и не клялись в дружбе. Они обсуждали фильмы, музыку, спорили на философские темы. Это было странным, в чём-то неправильном общением. Но для них обеих это стало спасением от тоски и одиночества… Для Калины точно.