Книга Счастье бродит на кошачьих лапках... Книга 1, страница 122 – Татьяна Кадуцкая

Его перекосило:

— И поэтому гробишь мою репутацию?!

— Джей, мы же любим друг друга!

— Что?! — оборотень заржал. Именно заржал, грубо и зло. — Да пошла ты на х._й!

Он оборвал звонок и внёс номер в чёрный список. Глянул на притихшего Найгаса:

— Пусть не попадается мне на глаза. Растерзаю.

Тот кивнул: знал, что если Тандекар перешёл на мат — дело дрянь! И лучше не нарываться!

Калина с поразительным терпением смотрела на репортёров. А те кружили вокруг фири-гахум. задавали каверзные вопросы, чтобы выведать о случившемся на недавнем празднике. Виджей в это время был в городке Сео и смотрел репортаж по телевизору.

— Какого беса она полетела на эту выставку?

— Так роботы же, — Рустам развёл руками.

— Хорошо держится, — заметил Мурали со своего места.

Тандекар следил за женой и не мог придраться ни к одному слову: Калина вела себя безупречно, как будто всю жизнь провела перед камерой Мурали прав: выдержка у кошки завидная!

«— Сегодня вы в компании своего брата и друзей, — репортёр кивнул на оборотней, стоящих неподалёку

— Нам, как будущим программистам, здесь особенно интересно.

— А вашего мужа, как инженера, не заинтересовала данная выставка? — репортёр маниакально велядывался в лицо оборотницы».

— Вот сволочь! — Найгас выругался. — Сейчас все начнут гадать, где ты?

«Калина даже не дрогнула, наоборот, заулыбалась ещё шире.

— Именно альфа рассказал мне об этой выставке и рекомендовал посетить её. К сожалению, в связи с недавними событиями в Сео он не смог составить мне компанию».

Виджей не сдержал довольную улыбку- Выкрутилась хитрая кошара!

— Очень хорошо выкрутилась! — поправил Чанд.

Тандекар полетел к Калине сразу после возвращения из Сео. Уже наступили сумерки. Горели фонари, живой гирляндой переливался поток автолётов. Рабочий день закончился, и все торопились домой. Домой… Мужчина поднял голову и долго смотрел на свет в окнах их квартиры. Что принесёт ему эта встреча и этот разговор? Альфа не знал. Но слова Калины, её поведение на той выставке дали надежду. что кошка определилась, приняла решение, касающееся их семьи.

Признаний во внезапно вспыхнувшей любви Виджей не ждал, но и на объявление войны её действия не походили.

Оборотень вышел из лифта и резко выдохнул перед тем, как нажать дверной звонок. Тишина. Он позвонил ещё раз. Снова тишина. Тандекар нахмурился, не зная, что и думать. Нажал звонок в третий раз, жадно прислушиваясь к малейшему шуму внутри. Но звукоизоляция в квартире была современная, качественная.

Альфа достал свои ключи и осторожно открыл дверь. Оборотень действовал спокойно, понимая, что если в квартире чужаки, то его появление для них уже давно не секрет. А сам за доли секунды оценил открывшееся глазам пространство.

Опасения тигра были напрасными. В квартире пахло только Калиной. Больше здесь никто не появлялся: ни оборотни, ни люди. Виджей заглянул в кухню. На плите возмущённо свистел чайник. На столе стояла тарелка с нетронутым ужином.

Сквозняк мягко колыхал штору, впуская внутрь холодный воздух и шум улицы. А потом мужчина услышал это, сглотнул и выбежал из кухни.

Живот терзала тупая, выматывающая боль. Мышцы ныли так, что каждый вздох-выдох ломал рёбра. Горло пекло, словно по нему прошлись наждачной бумагой.

Выступившие слёзы застилали глаза. Калина шумно и тяжело дышала, готовясь к новому приступу. Жалобно застонала, когда рвотная судорога в очередной раз скрутила желудок, и склонилась над унитазом. Рвота была такая, что казалось, она сейчас выблюет желудок. Руки цеплялись то за пластмассовое сиденье, то за крышку. Приступ быстро прошёл, и наступило недолгое облегчение. Женщина шумно дышала, сплёвывая вязкую слюну, и пыталась нащупать туалетную бумагу.