Книга Счастье бродит на кошачьих лапках... Книга 2, страница 47 – Татьяна Кадуцкая

— Никогда не опускай крылья, Геля!

Поздним утром Михаил Владимирович стоял в дверях гостиной и слушал отчёт Дениса. Вездесущий безопасник, лавируя между гостями, услышал много интересного, а кое-что и аккуратно, словно невзначай выспросил в безобидных на первый взгляд беседах.

— Значит, Шеметов хочет получить тендер на строительство «Архонского квартала»?

— И получит, — предрёк Лебедев. — Это же Славик. Он прёт к своей цели, как танк!..

Серганов слушал приятеля и с улыбкой наблюдал за девушками, присевшими рядом с ёлкой и подарками. Сердце тешилось от их радостного смеха и счастливых голосов.

— … В борьбу вмешался Дубровин, — продолжал Денис. — Он просил о встрече.

Михаил Владимирович задумчиво почесал висок.

— Дубровин?.. Из тех?..

Он сбился с мысли, оглушённый внезапной тишиной.

Побледневшая Ангелина сидела не шевелясь, и смотрела на ту самую картину. Правильно оценив состояние подруги, Саша перепугалась и стала то ли объяснять, то ли оправдываться.

— Я видела, что она тебе понравилась… Не так много вещей, на которых ты зависаешь. Я собиралась подарить тебе… Ну, неважно уже! А потом увидела, как ты смотришь на этого тигра, и поняла — надо брать!.. Зря, да?.. Ты не рада?

Ангелина сглотнула и через силу улыбнулась. Как объяснить Саше, что теперь каждый раз, глядя на эту картину, она будет вспоминать того, кого всю жизнь любила и кого оставила другой, сама, добровольно?..

— Нет-нет! Я очень рада… Спасибо…

Оборотница подхватила подарок и поплелась к себе. Шла, не видя дороги. Прислонила картину к стене и села рядом. Долго разглядывала рисунок, касалась пальцами шероховатого холста. Не плакала, только шепнула на родном языке:

— Это первый Йолль без тебя…

…

Традиционные новогодние каникулы выдались по-настоящему зимними и очень снежными. Несколько дней, почти не переставая, валил густой крупный снег. Всё вокруг словно укрылось пушистым, белым одеялом. Люди восхищённо ахали, и только дворник, матерясь, с самого утра расчищал дорожки рядом с домом. Ангелина слышала эти ругательства и посмеивалась. Ей, наоборот, нравилось ходить по сугробам. Каждый день они с Сашей выбирались в парк и там вспоминали детские забавы. В основном дурачилась подруга, оборотница только подыгрывала ей. А вот лепить снежки согласилась с удовольствием. Рыхлый снег легко скатывался, превращаясь в крепкие шарики. Ангелина несколько раз подбрасывала их в руке, примеряясь к весу, а потом, сильно замахнувшись, отправляла в полёт. Саша восторженно хлопала в ладоши.

— Ух ты! А ещё дальше можешь?

Раззадоренная кошка пожимала плечами и тянулась за новой порцией снега. Было весело, ровно до того момента, как снежок впечатался в одно из окон на первом этаже. Спустя секунду выглянула перепуганная домработница. Саша приветственно помахала ей рукой, и женщина, успокоившись, занялась своими делами. А девушка присвистнула:

— Нехилый у тебя бросок! А давай Дэнчика позовём: кто дальше?

Ангелина опомнилась и заозиралась по сторонам:

— Не надо! Вдруг побежу — обидится!

— Правильно говорить — выиграю или одержу победу, — поправила её Саша и всё-таки позвала Лебедева.

Серганова, несмотря на безобидную внешность, была на редкость упрямая. И если что-то втемяшивалось Сашке в голову, переубедить её мог только отец. Его авторитет для девушки было непререкаемым. Денис, на удивление, спокойно отнёсся к этой ребяческой просьбе, а может, просто надоело сидеть в доме. В парк он пришёл вместе со своим замом Владом. После обмена приветствиями безопасник махнул Ангелине.