Книга Счастье бродит на кошачьих лапках... Книга 2, страница 36 – Татьяна Кадуцкая

— Дочка говорила, вы сегодня были в церкви?

— Да, — кивнула Ангелина, наблюдая за падающими каплями.

По-прежнему моросил дождь. В воздухе пахло прелой листвой и сигаретным дымом. Серганов сделал очередную затяжку.

— Никогда не считал себя сильно верующим. Так… пронесёт от смерти, бывало, скажешь «слава богу» и живёшь дальше … Это когда с Сашкой беда случилась, готов был любому богу молиться, лишь бы спасти. Ну, да не об этом сейчас! Как тебе, понравилось в церкви?

Оборотница ненадолго задумалась.

— Мне кажется, вы неудачно сформулировали вопрос, дядя Миша. Как обычный созерцатель я могу сказать — да, мне понравилось. Красивое здание, богатый декор, хорошие голоса у певчих. Но люди в церковь ходят за другим. Разве не так?.. И если говорить об этом, то я сомневаюсь, что стану там частым гостем.

Михаил Владимирович удивлённо уставился на девушку. А та внимательно смотрела на непривычно молчаливого Дениса. Главный безопасник сегодня только переводил, без своих обычных язвительных комментариев. А учитывая, что Ангелина старалась говорить на русском, то мужчина практически безмолвствовал.

— Что с тобой? Ты сегодня грустный.

— Я не грустный, а больной, — поморщился Лебедев.

Кошка встревожилась.

— Что тебе болит?

— Нормально всё! Не парься, Ангелок! — отмахнулся тот. — Жить буду!

Серганов хохотнул:

— Желудок ему болит. И поделом! Тысячу раз говорил: «Не жри в забегаловках! Ходи в нормальные харчевни или ешь здесь». Так нет же!

Ангелина погладила главного безопасника по плечу:

— Денис, иди к себе, полежи.

— Я в порядке! — упрямился Лебедев. — Что вы пристали? Поболит и перестанет.

Серганов махнул девушке не лезть и протянул ей маленькую коробочку.

— Я вообще-то пришёл к тебе с подарком.

— Что это?

Оборотница открыла футляр и увидела тонкую цепочку с крестиком. Изделие было красивым, изящным и очень дорогим. Уж в этом кошка разбиралась! Но впечатлили её не золото и бриллианты, а именно форма. Такой крест Геля видела у Саши и расспросила, что он значит. Девушка закрыла футляр и вернула мужчине.

— Дядя Миша, я не могу принять это. Я не вашей веры.

— Одному богу молимся, — настаивал Серганов. — А все эти рясы и сутаны от лукавого. Главное — здесь! — он стукнул себя в грудь.

Девушка примирительно улыбнулась, стараясь говорить мягко.

— Я уважаю вашу веру, но и вы уважайте мою.

— А какая твоя? — проявил интерес к разговору Лебедев.

— Она тоже здесь, — кошка прижала руку к своей груди.

Оборотница стояла хмурая, раздосадованная. Да, её учили с уважением относиться к чужим богам. Но служить им — нет! Не хватало ещё разгневать Верховного кота!

Михаил Владимирович тоже задумался. Потом, поджав губы, сунул футляр в карман.

— Ты не обижайся на меня, девочка. Я не хотел ничего плохого. Подумал, раз у тебя никого нет, то стану тебе отцом, хоть крёстным.

Это было до того приятно, что Ангелина даже забыла о Денисе, рядом с которым неосознанно крутилась всё это время. Она шагнула к седовласому мужчине.

— Я буду очень рада! Но разве для этого обязательно носить крест?

Серганов усмехнулся.

— Нет, Геля. Этот крестик больше для других знак, что ты под моей защитой.

А дождь тем временем усилился и теперь доставал до людей на террасе, заставлял зябко ёжиться.

— Пойдёмте в дом, — Михаил Владимирович подхватил Ангелину под локоток. — Нечего тут мёрзнуть!