Книга Счастье бродит на кошачьих лапках... Книга 2, страница 174 – Татьяна Кадуцкая

«— …На Земле у вас остались друзья. А как насчёт семьи? Не нашёлся человек, способный покорить ваше сердце?

Кошка улыбнулась, задумавшись о чём-то. Или о ком-то».

В конференц-зале замер тигр, со страхом ожидая ответа.

«— Чтобы создать семью, нужно быть уверенным в завтрашнем дне. У меня такой уверенности не было.

Мужчина хотел ещё что-то спросить, но, перехватив незаметный другим жест гостьи, передумал.

— И в конце нашего интервью коротенький блиц-опрос. Вы не против?

— Давайте попробуем!

— Самое вкусное на Земле?

— Мандарины.

— Что поразило больше всего, прямо до слёз?

— Северное сияние…»

Виджей слушал забавные вопросы и ответы оборотницы, чувствуя безмерную тоску. И впервые в голове мелькнула мысль, что он не вернёт Калину, потому что прежней Калины уже нет. Ему предстоит завоевать совершенно другую женщину — недоверчивую, осторожную, язвительную. Не было больше милого, всепрощающего котёнка. С экрана смотрела матёрая, битая жизнью кошка.

— Ты всё видел? — Калина вошла в конференц-зал и вопросительно посмотрела на Виджея.

— Да. Интервью получилось интересным. Ты хорошо держалась перед камерой.

— Лишь бы это помогло избавиться от папарацци.

— Это уже не будет эксклюзив, — заметил альфа, помогая девушке надеть пальто. — Так что часть жёлто-пишущей стаи отстанет точно.

Калина усмехнулась, услышав новое словечко, и направилась к выходу.

По дороге в Иринг оборотни остановились возле выселенного посёлка. Девушка через окно заметила тихие дома с чёрными провалами вместо окон и попросила:

— Рустам, стой!

Найгас опустил автолёт на землю.

Калина медленно шла по улице, разглядывая домики с облупившейся краской, заросшие лужайки с потемневшей некошеной травой, и чувствовала, как шевелятся волоски на руках. Виджей шёл рядом, сунув руки в карманы. Не от холода, а от мрачной атмосферы этого брошенного места. В ненормальной тишине шаги оборотней казались оглушающими. На клумбах перед домами всеми красками горели осенние цветы, приветливо качая головками. Это было жутко до мороза по коже! А ещё всё время казалось, что из пустых окон за ними кто-то наблюдает. Кто-то злой, обиженный и обездоленный! Кошка инстинктивно придвинулась к Тандекару.

— Джей, давай вернёмся!

— Здесь никого нет, не бойся! — успокоил тигр.

— Это пугает больше всего, — выдохнула оборотница.

Мужчина взял кошку за руку и повёл обратно.

— Как это случилось?

Виджей сначала удивился её вопросу: ведь он уже рассказывал об излучении, но всё-таки ответил.

— Ночью. Мур рассказывал, на несколько мгновений всё замерло, словно на магоснимке. А потом гул, как у разгоняющегося автолёта, и вспышка. Свет был настолько ярким, что казалось, над Уку-руманом светит солнце. Оно пульсировало… Волна слепящих лучей — и затишье. В моменты этого затишья спасали людей, кого могли… — тигр задумчивым взглядом окинул простирающуюся за посёлком Степь. — Потом жгли крады.

Калина выдохнула.

— Я чувствую себя словно на кладбище.

Мужчина нахмурился.

— На самом деле погибло не так много людей. Больше всего оказалось слепых.

— Я слышала о специальных лечебницах для них.

— Да. За многими ухаживают родственники. Но есть и целые ослепшие семьи. О таких заботимся мы.

— Лука что-то говорил о появившихся забобонах? — кошка с интересом посмотрела на тигра. — И Дворжек намекал на какое-то кошачье проклятие.