Книга Эксклюзивно для Его Величества, страница 74 – Татьяна Кадуцкая

— С удовольствием, но сначала давайте приведём вас в порядок, — и я показала его чумазую физиономию в зеркале.

— Ого!

Я наблюдала, как мужчина убирает пятна с лица, чувствуя давно забытые эмоции: женский интерес, желание пофлиртовать, привлечь внимание. Наконец Бруно повернулся ко мне и галантно предложил руку.

Небольшая чайная находилась на набережной, и через большие окна была видна широкая река Бира. Мы пили вкусный чай со специями и молоком и разговаривали. Я слышала о родителях Бруно, но встречаться нам не доводилось. Мейендорфы владели верфью по производству яхт и катеров.

— Я недавно вернулся в Фету. Последние три года жил и работал в Лехоате. Набирался опыта, — пояснил мужчина. — А теперь вот, работаю здесь.

— Будешь продолжать семейное дело?

— В каком-то плане, — улыбнулся Бруно. — Управлением верфью занимаются отец и старший брат, а я инженер-конструктор, проектирую яхты.

Когда чай был выпит, мужчина проводил меня домой. Прощаясь, он предложил:

— Софи, может быть, мы ещё как-нибудь встретимся?

Я чувствовала его интерес, а в серых глазах отчётливо различила желание. Но, наверное, впервые за всё время моей жизни в Фете, это не напрягало. Раньше я не заводила романов, даже флирта себе не позволяла. Сначала не до того было, потом побаивалась, в последнее время пропадала на работе. А сегодня то ли настроение способствовало, то ли что… Я улыбнулась.

— С удовольствием.

Мейендорф тут же пригласил меня на ужин.

И следующим вечером я собиралась в ресторан, причём собиралась с мыслью «иду, а зачем — не знаю». Вчерашнее благодушное настроение уже развеялось, романтичный флёр тоже исчез. Но дел особых не было, и я не стала отменять встречу.

И не пожалела. Более того, согласилась на ещё одно свидание. С Бруно было легко. Я ему нравилась, и он не скрывал этого. Ухаживал красиво, не напирал, не давил своим мачизмом. Мейендорф по старинке гулял со мной за ручку, дарил цветы и конфеты, по утрам и вечерам отправлял милые эсэмэски. И в этой предсказуемости была какая-то своя спокойная прелесть.

Хотя Бруно мог и удивить. Однажды на свидание он пришёл с необычным букетом, в котором были ягоды рябины. Мне никогда не дарили ничего подобного, о чём я и сказала мужчине. А он стоял рядом, такой счастливый, по-мальчишески взъерошенный и взволнованный. Именно тогда я, наверное, впервые подумала о серьёзных отношениях с Мейендорфом. И, наверное, тоже впервые как следует рассмотрела его. Выше среднего роста, светлые глаза, русые волосы — самая обычная внешность. Не красавец, но и не урод. Не качок, но и не обрюзгший. Мне импонировал его характер, манера общения с людьми. Несмотря на достаток, Бруно по жизни был простым парнем, спокойным и даже застенчивым. Я видела, как он вежливо разговаривал с официантами в ресторане, с таксистами, когда мы летали по набережной. Никакого высокомерия и презрения к работягам. Это подкупало.

Мейендорф часто звал меня гулять по городу и как коренной житель Феты показывал много интересных зданий и улочек. С ним я увидела другую Биру. Не ту, с красивой набережной, а промышленную, где на первом месте стояли сила, мощь и технология. Я часто просила отвести меня туда.

— Смотри! Это балкер с рудой, — Бруно указал на приближающийся корабль. — Идёт из Манникама.