Книга Выше неба, страница 151 – Татьяна Кадуцкая

Сейверан долго смотрел на неё, но больше не сказал ни слова и, коротко попрощавшись, ушёл.

…

Несколько дней от императора не было никаких известий, никаких звонков. Аргине уже приготовилась к тому, что это конец, что Сейверан Гирхато окончательно исчез из её жизни. Демоница смотрела по вечерам новости, чувствуя тоску. С экрана на неё смотрел серьёзный, не сомневающийся в себе мужчина. Аргине видела, как он пожимает руки столичным гостям, властно улыбается, уверенный в собственном превосходстве. Не было похоже, что демон страдает или переживает, хотя он же привык всё скрывать…

Аргине ходила на работу, что-то делала, приходила домой, отвечала на звонки родителей и сестры, но вкуса жизни не чувствовала, словно из цветной картинки всё стало чёрно-белым. По ночам мучилась от бессонницы.

И однажды поздним тоскливым вечером позвонил Сейверан.

— Я знаю, что ты не спишь.

— Откуда?

— Летал по городу. В твоём окне горит свет.

Девушка прислушалась к грубому голосу и сообразила:

— Ты в демонической ипостаси?

— Да.

Аргине подошла к окну. Демона с распахнутыми крыльями увидела сразу. Он парил в метрах десяти от её окон, ближе подлететь не мог: на здании стояла специальная магическая защита. Девушка восторженно рассматривала огромные, серые в ночи, крылья, слышала, как гудит воздух от каждого взмаха. Она скользила взглядом по огромной фигуре демона, видела волосы, колышущиеся от движения воздуха и рога, длинные, загнутые. Женская суть демоницы упивалась торжеством от того, что такой сильный мужчина у её ног, что стоит ей поманить — и он будет рядом.

Помани!!!

Но когда у женщин было всё просто?! Даже в этой, казалось бы простой и понятной ситуации: он любит её, она любит его (чего уж тут скрывать?!) — Аргине всё равно таила внутри старые обиды, терзая демона и мучаясь сама.

— … Аргоша, мне плохо без тебя. У меня словно забрали крылья. Вокруг привычные вещи, всё знакомое много-много лет, а я спотыкаюсь на ровном месте, не слышу, что мне говорят. Я вглядываюсь в каждую демоницу, надеясь, что это ты.

Она была слишком вымотана собственными переживаниями и бессонной ночью.

— Если это так, тогда ты хорошо понимаешь, что чувствую я. В каком кошмаре живу эти два месяца, пытаясь то простить тебя, то забыть.

— Не надо! Не надо меня забывать, милая, любимая моя. Я всеми силами пытаюсь вернуться к тебе, вернуться в твой мир.

Девушка уткнулась лбом в холодное стекло.

— Мне кажется, мой мир давно мёртв… как Тсепе ле Келло, где нет ничего, кроме красных барханов.

— …Хочешь посмотреть на тот мёртвый Красный мир?

Она думала долго, потом сказала:

— Хватит с нас мёртвых, Сейверан. Дай мне ещё немного времени перебеситься… — и призналась. — Не поверишь, иногда я сама себе противна за то, что делаю с тобой и с собой. Но порой так хочется сделать тебе больно… Делаю — а болит мне!.. — голос сорвался на тихий шёпот-плач.

— Аргине!..

Но девушка уже отошла от окна и задёрнула шторы.

Это неожиданное признание на гране боли и слёз обрадовало мужчину. Ведь больше всего Гирхато боялся, что любовь Аргине не выдержала обиды и сомнений. Глядя на тёмный силуэт в окне, слушая тихие откровения демоницы, он уверился в том, что на самом деле она любит его, страдает не меньше, чем он, и боится ошибиться, поверив ему вновь.