Книга Колесо Сварога, страница 80 – Татьяна Кадуцкая

Девушка вздохнула и призналась:

— Одно дело представлять любовь-морковь с демоном, и со всем другое, когда это происходит в реальности.

— Деточка, расслабься и получай удовольствие, — посоветовал Матусевич, потом поскрёб макушку, переключаясь на другое: — Я так понимаю, ты ужинать у меня собираешься?

Надя пожала плечами:

— Почему бы нет.

— Тогда подключайся к процессу готовки. Руки помой, чушка!

— Чистоплюй! — не осталась в долгу девушка.

…Поздно вечером Костя повёл подружку домой. Говорили о разном: о концерте любимой группы, о новом блокбастере. Сейчас Матусевич распинался о какой-то компьютерной игрушке. Надя вдруг затормозила, прислушиваясь:

— Что это за звуки? Слышишь?

Мужчина наставил уши, потом равнодушно заметил:

— Кот воет.

— Котёнок, — поправила девушка, ныряя в подворотню.

Костя пошёл следом. Хмуро глянул на мяукающий комок шерсти.

— Надька, а что ты собираешься делать?

Она словно не услышала, разглядывая дрожащего малыша.

— Смотри: он хромает. Кто-то лапку перебил.

Матусевич заметил, что подруга потянулась к животному:

— Надь, он может быть больным или бешеным… Фу-у-у! — не выдержал он, когда девушка прижала котёнка к груди. — Тьфу!

Черникова вновь проигнорировала его реакцию.

— В детстве у меня дома жил кот. Точно такой же — рыжий, худющий, хоть жрал порядочную хавку. А потом пропал, зараза такая! Кажется, чего ему не хватало? Ел, дрых целыми днями, мы его любили!

— Может, от старости сдох? — предположил Матусевич.

— Может, — пожала плечами девушка, поглаживая котёнка. — Костик, как думаешь, это знак?

— Это не знак, это бездомный кот, — возразил приятель.

— А я его заберу, и будет он домный, — Надя хмыкнула, прислушиваясь к новому слову. — Выдрессирую. Будет мне тапки приносить… Нет, тапки я не ношу. Лучше я его танцевать научу. Будем дуэтом выступать: я пою, а кошак — на подтанцовке.

Матусевич смотрел на Черникову снисходительно, как на блаженную:

— Я иногда сочувствую Демьянинову. Неподготовленный человек от твоих залепух с глузду съехать может.

Девушка зло глянула на него:

— Шутить изволим, Константин Николаевич?

— А тут или шутить, или плакать остаётся, — усмехнулся Матусевич и замолчал, заметив знакомый силуэт у Надиного подъезда. — Лёгок на помине!

Высокую широкоплечую фигуру трудно было не узнать. Демон спокойно встретил появление странной парочки, хотя взгляд был далеко не радостный:

— Добрый вечер!

Мужчины пожали друг другу руки.

— Привет! А у меня кот, — Черникова кивнула на затихшего котёнка.

Демьянинов смерил животное взглядом-рентгеном — доза смертельного облучения коту была гарантирована. Матусевич в ответ на немой вопрос развёл руками:

— Девиз Гринписа — «Мы любим мир!»

— Выброси! — велел демон, повернувшись к Наде.

— Ещё чего! — тут же вскинулась та.

— Надя, это дикий, неприученный к туалету кот. Оно тебе надо?

Девушка чихнула. На что среагировал уже Матусевич:

— А это, возможно, аллергия на кошачью шерсть.

— Это у меня на тебя аллергия! — огрызнулась Черникова. — Отойди!

И чтобы доказать этим бесчувственным мужланам, что животное нормальное, она поставила котёнка на землю и, отступив на пару шагов, позвала:

— Кис-кис!

Котёнок, видимо, решил, что терять больше нечего, и, прихрамывая, потянулся за ней.

— Видели? Он умный! — обрадовано заявила девушка.