Книга Желанная для Альф, страница 75 – Ани Файер

— А не та ли это Ирма, мать той самой Рейны, которую ты трахал лет семь до того, как привел Ольгу в свой клан? — спрашиваю я, сжимая зубы.

— Шлюхи ебаные! — гаркает он, снова оборачиваясь в медведя. Его было не остановить. Он нёсся до своего поселения, как ненормальный, настигнув дом Ирмы, где она и жила со своей туповатой ревнивой дочерью, за считанные секунды.

— Стоит, наверное, догнать и остановить его, а то и их разорвёт в клочья! Предки будут недовольны, что шаманку клана порешили, — предполагает Дым. — Или подождём немного? Постоим ещё пару минут рядышком голышом и потрясём своими яйцами друг перед другом?

Я захожусь смехом вместе с Киром и оборачиваюсь в медведя. Не стоит доводить дело до убийства второго лица поселения, но стоит хорошенько попугать этих обнаглевших дамочек, чтобы навалили пару куч от страха. Гнев Альфы ни с чем не сравнить. Да, пусть у Ветра и нет той силы, что есть у нас, но он и без неё тут всех держит в ежовых рукавицах. Он одним взглядом своих необычных зеленых глаз может испепелить любого.

Добежав до дома, где столпилась куча народа и были слышны душераздирающие бабские вопли, мы все заскочили внутрь, распихав в стороны собравшихся зевак. Всё вокруг было раскидано и сломано, мебель, посуда, абсолютно все пришло в негодность, а кухонный дубовый стол торчал в стене — в прямом смысле этого слова. По дому витал запах трав от разбившихся вдребезги склянок. Обе женщины вжимались в стену и умоляюще смотрели на своего взбешенного и разъяренного Альфу в медвежьей ипостаси.

— Д-дениска, — расхрабрилась Рейна, поняв, что мы не дадим своему другу убить их. «Твою мать! — думаю, — всё же надо было постоять ещё немного и потрясти своими ялами друг перед другом! Эта тварь может ничего и не рассказать, почувствовав себя в безопасности. Чёрт! Плохо!»

А Дэн оборачивается в человека и продолжает наступать на женщин, сжимая кулаки. С каждым шагом под его ногами хрустело стекло от баночек с различными зельями, но никто из нас не двинулся с места. Пусть знают, что мы и пальцем не пошевелим, если они и вправду виноваты в исчезновении пары Ветра. То, что она — его настоящая истинная, уже никто из нас не сомневался. Истинность — это дело такое. Она может возникнуть сразу, неожиданно, сбивая с ног с первых минут, как у нас с Аней. А некоторые живут в одном племени годами, пересекаются друг с другом ежедневно, и только после какого-то толчка в организме — стресс, ревность, мало ли что ещё может быть этим триггером, у каждого своё — может возникнуть эта привязанность, как к паре. Никто не знает, как и почему. «Так предки решили!» — вспоминались слова нашей Айвы.

— Где моя Оленька! — взревел Ветров, отпихивая ногой кресло, которое полетело в стену напротив, разбив окно.

— Я… я… понятия не имею! — стала прятаться Рейна за свою мать.

— Правда? — склонил голову вбок Ветер. — Сейчас посмотрим!

Он отпихнул Ирму и схватил её дочь за шею, медленно поднимая руку вверх, что стал трещать её позвоночник.

— Дэн, Дэнчик, — начала говорить она, хватаясь за руку Ветрова. — Я не виновата, понимаешь? — ещё больше в болото лжи погружает она себя. Мы ненавидим ложь, она знает это, и всё же, самолично тянет себя на самое дно.

— Не вр-р-ра-ать! — рычит друг, сжимая её шею крепче.