Книга Желанная для Альф, страница 55 – Ани Файер

— Вот это всем доброе утро! — вдруг произносит Кирилл, разрывая тишину своим довольным басом, широко улыбаясь. — Пойдём-ка, Ванилька, помоем тебя.

— Я сама, — быстро отзываюсь, понимая, что помыться мне не дадут. А мне нужно придумать план, как можно безболезненно и беспрепятственно уйти отсюда. И вообще, просто понять, чего именно я хочу. Мне просто необходимо разделить свои желания от их.

Кирилл

— Яр, хватит! — рычу на брата, когда Анюта выходит из ванной, а тот прямо бросается на неё, сметая с ног, обнимая и целуя нашу сладкую малышку. — Дай ей хотя бы поесть!

Нет, я так говорю не из-за ревности к Яру, ну или просто я так убеждаю и успокаиваю себя. По правде сказать, я прекрасно понимаю его. У самого ощущение, будто не видел её месяц, хоть она всего лишь и отсутствовала двадцать минут, моясь в душе. Желание всегда быть рядом просто съедает меня изнутри. Постоянно хочется тискать её и заниматься с ней любовью. Надо с этим что-то делать, иначе невозможно будет работать. Не таскать же её везде с нами, чтобы всегда была под боком и на глазах, а при каждом удобном случае трахать её, доказывая себе, ей и окружающим, что она только наша. Глупо, конечно, но хоть убей, мне это уже кажется прекрасной идеей. Я будто летаю сейчас. Меня накрыло с головой эта истинность, и мне это нравится. Нравится то, что я чувствую. Нравится её аромат, который кружит голову, от него я просто в восторге, твою мать! Нравится её ангельское личико, которое мне кажется невероятно красивым и нежным. Я уже представляю, как по дому бегают наши дети. Трое — минимум. Нет, пятеро. А лучше шестеро! Эта треклятая истинность вырабатывает постоянное чувство эйфории, которое контролируется со временем, а сейчас пока сводит меня с ума, притупляя здравый разум. Так говорят, по крайней мере. Сижу и улыбаюсь, как дебил. А наша Ванилька вышла из душа, немного похмурнела, насупилась вся, укутываясь плотнее в большое махровое полотенце, чтобы не было видно её сладких прекрасных титичек. М-м-м, как вспомню вкус её вишенок, так сразу рот наполняется вязкой слюной, ствол тяжелеет от предвкушения, сердце колотится сильнее, и улыбка неконтролируемой радости рвёт мой рот до ушей. Анюта явно долго думала и готовилась, чтобы что-то нам сказать. Я чувствую её настроение и непонятное желание высказаться или отчитать нас. Интригующе! А видеть её такой решительной и дерзкой — очень забавно! Понимаю, что она ещё даст нам прикурить такого жару, от которого будут гореть наши распрекрасные накачанные сраки. И это ощущение, кажется, безумно веселит меня.

— Что случилось? — спрашивает Ярик, разглядывая нашу девочку. Вот брат — совсем не весел. Он настроился на неё, и ему явно не понравилось то, что он почувствовал и сейчас услышит от Анютки. Мы совсем недавно зашли к ней сюда, пришлось по очереди мыться у Яра, так как моя ванная комната была занята ею. У него мы успели побрехаться, словно бешеные шавки, и всё из-за Ани. Оказалось, не так просто делить её даже между собой. Для Альфы — уму непостижимо подобное. Но мы оба чувствуем её: потребность в нас, желание к нам обоим. Странно, но зверь такую связь принял быстрее, чем моя человеческая сущность. От него я не ощущаю желания разорвать брата пополам из-за своей привязки. Наоборот, он поощряет наши отношения. Он довольно рыкает, когда мы все вместе, и когда наша пара довольна и счастлива. И всё потому, что она — наша истинная. Действительно — наша. Хвала небесам и предкам, что послали её нам!