Книга Ты даешь мне крылья, страница 104 – Марианна Красовская

— Ну она не совсем моя, волшебника Корта. Но воспитывал я. Там долгая история… А что не так?

— Что не так? — задумалась Юлия. — Я не знаю. Но я её ненавижу. В ней что-то… с одной стороны, очень яркое, как солнце, искра жизни. Мне больно на неё смотреть, как вампиру. Но это мои проблемы, это бы я пережила. Кроме этой искры в ней еще тьма… Тьма извне. Тень черной злобы и ненависти.

— Демон. Внутри неё демон, — пояснил Тариэль.

— Демон? Какой же надо обладать сущностью, чтобы над собой такое сотворить? — ужаснулась Юлия. — Даже в нашем роду не многие решались на такую мерзость! Демон! Липкая и скользкая одновременно грязь, постепенно засасывающая все светлое и доброе! Конечно, силы становится немеряно… Если ты хочешь захватить мир, все средства хороши. Только почему-то подобные союзы до мирового трона никого не довели, а до безумия — очень часто…

— В том-то и дело, что она не сама…

— Сама, не сама! Такой ритуал только по доброй воле проводится!

— Точно?

— Я же черный маг! Уж я-то знаю!

— А есть способ демона изгнать?

— Нет. Только смерть. Такова цена. Демон забирает человеческую душу с собой.

— А заключить? У Лиэль он был словно в капсуле. Силы её сосал, магию впитывал, но своих не отдавал и вообще себя никак не проявлял.

— Удивительно! — покачала головой Юлия. — Впервые о таком слышу. Уверена, что магистры наши тоже ничем не помогут. Я книг куда больше них прочитала, причем не только айдаррских. А почему ты говоришь «был»?

— Она его освободить исхитрилась. Хотела изгнать с помощью зеркал.

— Однако! Какая талантливая девочка!

— Хотелось бы мне знать, кто за всем этим стоит, — протянул Тариэль. — Сама она не стала бы такое делать. Не совсем же дурочка.

— Я не сталкивалась с таким колдовством, — призналась вампирша. — Но думаю, князь Теней что-то знает.

— Я тоже так думаю, — кивнул Тариэль. — Поэтому бал обязательно посещу.

— Точно не хочешь взять Тиру? — поинтересовалась Юлия. — Я не обижусь, честно.

— Думаю, лучше будет сначала переговорить со знающими людьми. Ты тоже будешь там к месту, да еще отвлечешь основное внимание на себя.

— А! Отвлекающий маневр? Здорово! — одобрила Юлия. — А что одевать? Насколько я помню старые сказки — ничего?

— Ну, дорогая моя, это же не гулянки низших чинов, — поморщился Тариэль. — Это бал. Форма одежды — парадная. Мужчины во фраках, женщины в вечерних платьях — черных или красных. Оригинальность приветствуется. Хотя если ты придешь голой, тебя, может быть, и пропустят…

«Что, в сущности, наша жизнь? — размышлял он. — Вечная суета. Мы все что-то ищем, пытаемся изменить мир, и от этого все наши беды. Зачем-то мы копаемся в головах других людей, решая все за них, пытаемся защитить одних людей, уничтожая других. К чему? Как хорошо живется хлебопашцу! Он не зависит от других, и от него никто не зависит. Он пашет, сеет и жнет, и живет праведными трудами своими. Хорошо портному! Он делает красивые и добрые вещи. Художник приносит красоту в мир. Каждый человек приносит красоту в мир, кроме правителей. И только мы эту красоту загоняем в рамки, решаем, что можно, а что нельзя…»

Эрхан бродил по ночному саду, не поднимая глаз, то и дело продираясь через кустарник, спотыкаясь о коряги, и, сам не заметив, вышел к кладбищу. С тех пор, как над кладбищем поработали некроманты, а после и студенты-иллюзионисты, это была местная цирковая арена. Молчаливые упыри и призраки таились за надгробиями и выскакивали в самый неподходящий момент с душераздирающими воплями. При случае могли и укусить, и утащить в могилу. Из года в год студенты-первокурсники попадались в подобные ловушки, поэтому каждое утро сами магистры черной магии или старшекурсники первым делом проверяли все могилы. Господина ректора упыри хоть и не опасались, но были к нему привыкшие и относились к нему равнодушно. Две-три тени взметнулись было, но, видя его равнодушие, успокоились.