Книга Ваше величество, прошу, не убивайте меня снова. Том 1, страница 46 – eclair

Он был маленького роста, очень маленького – и все же я страшно его боялась. Сейчас он был всего лишь подростком, но в скором времени превратится в чудовище. Я выпрямилась, пытаясь подавить поднимавшийся внутри ужас.

— Мне говорили, что вы невероятно красивы, ваше высочество, – хрипло сказала я. – Я думала, слухи преувеличивали. Сейчас я вижу, что они даже преуменьшали вашу красоту.

Мужчина или женщина – любому человеку приятно, если его называют красивым. Я мягко улыбнулась, но лицо Руперта, напротив, стало еще холоднее. Внезапно он схватил меня жесткими пальцами за подбородок, отчего мой чепец развязался и соскользнул на пол, а потом резко оттолкнул от себя.

— Эта не пойдет, – сказал он камергеру, все еще прожигая меня взглядом. Мне вдруг показалось, что я уже где-то видела эти зеленые глаза. Нет, разумеется, они были в прошлом и у императора, и у принца… но казалось, я видела их где-то еще, причем совсем недавно. Где же?! Я мучилась, пытаясь понять, где мы встречались, но следующая реплика Руперта развеяла мои сомнения.

— Она жрет слишком много пирожков, – сказал он. – Такую не прокормишь.

Пирожков?!

Под его пристальным и злобным взглядом меня прошиб холодный пот. Невозможно себе представить, но та невоспитанная, злобная и страшненькая воровка на рынке была Рупертом! С другой стороны, тогда она закуталась в шарф по самый нос, а лицо ее наполовину закрывала нелепая шляпа. Да и цвет волос поменялся. К тому же в прошлой жизни мне не случалось видеть Руперта ребенком… Войдя в эту комнату, я и вовсе увидела не императора, а прекрасную девушку. Руперт, которого я знала, был не миниатюрной, стройной красавицей, а мужчиной, похожим на свирепого зверя, – высоким, резким, с властным и тяжелым взглядом, со всей его жестокостью, ясно читавшейся на лице.

— Что… о чем вы, ваше высочество? – ошарашенно спросил камергер.

Я, будто заколдованная, смотрела на длинные волосы Руперта. Блестящие золотые нити, спряденные самим солнцем. Я взяла себя в руки. Проклятье! Все пошло не по плану. У меня пересохло во рту.

— Она воровка пирожков, – сухо объяснил камергеру Руперт, нахмурив свои изящные брови.

Камергер был озадачен. Он явно не понимал, почему принцесса Лаперта так предвзята по отношению ко мне, учитывая, что раньше мы, по его разумению, нигде не встречались.

— Воровка пирожков? – повторил он. – Кто-то… ворует пирожки?

— Да, – мрачно сказал Руперт. – Вот она. – Он осуждающе ткнул в меня пальцем.

Я зачарованно уставилась на этот указующий перст и вдруг поняла, что делать.

— Пирожки, ваше высочество? – переспросила я. – А у меня как раз аллергия на пирожки.

— Что? – после длинной паузы спросил Руперт.

— Я даже вида пирожков не переношу с тех пор, как отравилась ими в детстве. – Я глядела на него честными глазами. – Наверное, ваше высочество меня с кем-то перепутали.

Искаженное гневом лицо Руперта постепенно расслаблялось, принимая привычное мне выражение лица фарфоровой куклы.

— Аллергия на пирожки, значит, – медленно выдавил он.

— Да, ваше высочество, – смиренно подтвердила я и поспешила добавить: – Такое уж у меня лицо – меня часто принимают за кого-то другого. Вот и ваше высочество изволили ошибиться. Что ни в коей мере не умаляет проницательности вашего высочества.