Книга Ваше величество, прошу, не убивайте меня снова. Том 1, страница 226 – eclair

Может, стоит послушаться Тори и поставить точку, пока не поздно? Узнать, что втайне замышляет эрцгерцог, и отпустить Ларриет на все четыре стороны.

Руперт улыбнулся своим мыслям и медленно покачал головой. Нет.

В этом они тоже отличались с Тори. Она втайне мечтала подражать Ларриет, а он – о, он хотел держать ее в своих руках, смотреть в глаза, понимать ее. Понимать, почему она так смеется, почему бежит к нему навстречу после разлуки. Он не желал привязывать Ларриет к себе, как император поступал с его матерью. Руперту хотелось наблюдать за Ларриет издалека. И потому он активировал последний из черных камешков, проглоченных Ларриет, хотя и сознавал, что это крайне опасно.

Ларриет как раз находилась в комнате, не уступавшей роскошью дворцовой гостиной. Все в ней было розовым – потолок и пол, отделка стен и мебель. Взгляд Ларриет был устремлен на диван, спинку которого настолько богато инкрустировали драгоценными камнями, что глазам было больно. Ларриет как по заказу моргнула и быстро оглядела комнату – как показалось Руперту, в тревоге ища выход.

Однако уже в следующее мгновение она вдруг судорожно выпрямилась, прекратив озираться, и посмотрела перед собой. Принц услышал, как повернулась дверная ручка. В комнату кто-то вошел.

* * *

Несмотря на то что тетушка обожала принимать гостей, в той башенке, которую мне отвели, стояла тишина. Похоже, что в эту часть особняка не заглядывал ни один гость, кроме меня. Что ж, зато из всех пяти гостевых комнат я заполучила самую светлую, просторную и шикарную!

Стоило немолодому слуге выйти из комнаты, как я наконец смогла медленно выдохнуть.

— Все в порядке, – тихо прошептала я себе. – Все хорошо, Ларриет. Не волнуйся.

Но сказать не значит поверить в сказанное. Меня все еще слегка лихорадило, но уже не от простуды, а от тревоги. Сердце билось так сильно, словно хотело выпрыгнуть из груди, и его стук, казалось, заглушал собой остальные звуки. Конечно, я беспокоилась и раньше, но сейчас мое беспокойство переросло в настоящий страх. Где именно эрцгерцог прячет свои бумаги? И что со мной будет, если он застанет меня за их поисками? В самом деле, быть шпионом – занятие не для слабонервных!

Впрочем, разве я не стала шпионкой с того момента, как только переступила порог дома эрцгерцога Вентибальда, врага Руперта? Я едва не усмехнулась иронии этой ситуации и тут же помрачнела, вспомнив, как Руперт провожал меня до самых дверей эрцгерцога.

Может, он в самом деле за меня волновался? Застонав, я отчаянно помотала головой и зарылась лицом в пухлую, пышно взбитую подушку на кровати, на которой сидела. План особняка эрцгерцога, в котором сейчас находилась, я запомнила в мельчайших деталях! Впрочем, толку от этого было немного: как бы хорошо я ни заучила расположение всех комнат, все, что я знала о секретных бумагах эрцгерцога, сводилось к туманному «бумаги хранятся где-то в гостевой башне» от осведомителей Руперта.

Может быть, эрцгерцог спрятал их наверху, в самой дальней из гостевых комнат, которая располагалась под самой крышей? Это было логично, но вместе с тем как-то слишком просто.

Вместо того чтобы размышлять о возможном местонахождении бумаг, что в данный момент было довольно бессмысленно, я начала прикидывать график смен и примерные маршруты движения ночной охраны по особняку.