Книга Желанная землянка, страница 97 – Ани Файер

— Ты прав, на все это нужно время! А как же твоя станция и академия? – спрашиваю у него, гладя мужчину по скуле. Его острые черты лица тут же смягчаются под моими пальцами, и он блаженно улыбается мне, будто бы ждал именно этого. – Тебе же нельзя, ты связан договором!

— Вообще-то, у меня отпуск! Вот уже как две недели я связан только с тобой, - улыбается тот. – Я не отдыхал семь лет, думаю, что время пришло. Тем более, я собираюсь образовать гнездо, - говорит он мне, устало потирая виски.

Чего-о, твою мать? Какое еще гнездо?

— Я серьезно, Шей! – недоуменно смотрю на мужчину, стараясь спрятать слезы обиды и отчаянья. Еще не хватало, чтобы и этот оказался таким же козлиной, как и его братец!

— И я вполне себе серьезен, как никогда! – рейн снова прикладывает мою голову к своему плечу в успокаивающем жесте. – Анна, это просто необходимо! Вам нельзя возвращаться обратно. Слишком опасно, пойми. Пока отец не найдет необходимую информацию о таких, как ты, я бессилен. У меня просто нет другого выхода, прости!

— Думаешь, на твоей планете нам будет безопаснее? – спрашиваю у него, не веря и не совсем понимая, о чем он говорит.

Ладно, погорюю потом над своей неудавшейся судьбой и тем, что, скорее всего, буду иметь статус любовницы. Не зря же он столько втирал мне об этом, видать, подготавливал морально.

Вот же, скотина! Ненавижу!

Не получилось, блин, переварить все сказанное! Предательские и жгучие слезы все же потекли из глаз.

— В доме моего отца – вполне! – Шейн кивает мне, целуя в висок и вытирая мокрые дорожки на моих щеках. Мужчина снова окутывает меня своими руками, а я, шмыгая носом, опять утыкаюсь ему в грудь. – Вполне, моя маленькая несносная человечка, - хмыкает он, повторяясь.

Дебил! Ну вот зачем?! Недовольно дергаюсь, услышав свое прозвище, тыкнув кулачком ему в грудь.

Да, пусть его слова звучат мягко, но все равно мне не нравится, что он меня так называет. Даже несмотря на то, что я прекрасно поняла, почему именно сейчас он сказал то, что сказал.

— Тупой самодовольный рейн! – не могу удержаться от ответа, растянув губы в улыбке.

— Я и так рейн! - облегченно выдыхает и довольно хмыкает Шейн. Ну и ладненько!

А я так и сижу смирно в его руках, которые баюкают меня.

— Я защищу тебя, - спокойно отвечает он вполне серьезно, сжимая мои плечи. – Я не бросаю слов на ветер и всегда держу обещание. Вот кто меня за язык все время тянет?

— А как же обеты, данные Клишкат? – спрашиваю у него, сомневаясь в его честности и его обещаниях.

— Это - не в счет, - пожимает он плечами. Шейн молчит, тяжело вздыхая. – Я не мог сделать по-другому и пойти против самого себя, - начинает он говорить. - Я был очень молод, когда я давал обеты. На тот момент я шел за своими братьями, и думал, что мои обязательства и желания должны быть такими же, как и у них. А все их желания – это решения отца. Я не сопротивлялся этому. Это у Нея пришло время образовывать гнездо, не у меня. И даже не у Аша. Нейшан тянул до последнего. Не потому, что безответственный самец, а потому, что это слишком важное решение для старшего сына Великого рода Ашаисов. Любое его действие будет иметь последствия. Аш всегда поддерживал брата. Подражал ему, шел за ним. Поэтому, когда Ней решился на образование гнезда, Айшан пошел следом за ним. Выбор у нас невелик. Рейниек мало, а уж из Великих родов – того меньше. Они почти все заняты. Вступать в чье-то гнездо – не престижно. А уж если тебе откажут – позор на всю оставшуюся жизнь. Необходимо строить собственное. Отец еще пятнадцать лет назад договорился об этом союзе. Нас никто не спрашивал, понимаешь? Это обязанность рейна – и все тут. На тот момент это казалось самым верным решением для Нея. И Айшана. А так как мы относимся к одному роду, и я был проблемным самцом, отец считал, что мне тоже не помешает остепениться, присоединившись к братьям, - кивает рейн, поглаживая меня за плечи, углубившись в свои воспоминания. - Нейшан и так оттягивает неизбежное уже много лет, их брак должны заключить после окончания академии Клишкат. А я долгое время осознавал, что мои решения должны быть только моими. Не моих братьев и не моего отца. И я вполне себе ответил за свои, отказавшись от обетов. Именно поэтому на меня можно положиться, Ань. Я спасу тебя! Потому что я так сказал!