Книга Желанная землянка, страница 22 – Ани Файер

— Нет, не нужно! – перебивает меня капитан, направляя все мое внимание на него. Он становится рядом с Ашем, буравя меня тяжелым взглядом своих синих глаз. – С ним ты не будешь говорить! Ты не скажешь ему ни слова и уйдешь обратно в свою каюту!

— Тогда давайте я поговорю с вами! – предлагаю. Ишь ты, деловой какой! Будет еще указывать, что мне делать! Ага, ща!

Русоволосый рейн вытягивает свою руку вперед, в молчаливом жесте затыкая мне рот.

— У тебя будет возможность высказаться на Совете, Анна. И допросе до него… - произносит он надменным голосом.

Чего, блин?

— Допросе? – не понимаю я. Теперь моя очередь перебивать. – А разве мы что-то сделали? – взмахиваю руками. – Нас похитили и заперли в клетки, а вы собираетесь нас допрашивать, как каких-то преступников?

— Да, - коротко отвечает капитан, соглашаясь.

Нате-здрасьте!

— Нормально вы тут порешали! – моему возмущению нет предела. – Верните нас домой! Это все, чего я прошу!

Непрошенные слезы наворачиваются на глаза. Не пойму, то ли от обиды, что меня игнорируют, не считаются с моими желаниями, моим мнением, то ли от того, что не хочу я, на самом-то деле, домой. Меня там не ждет никто. Впрочем, и тут тоже!

— Пойми, мы ничего не решали, Анна! Таков международный космический регламент, - наконец подает голос мой рейн, делая шаг в мою сторону. Теперь мы находимся на уровне вытянутой руки. Возмущаться становится, не скажу, что невозможно, но намного тяжелее.

— О, теперь ты снизошел, чтобы поговорить со мной? – тыкаю в него своим пальчиком для наглядности, чтобы знал, что я не размазываю по нему свои сопли, а держусь вполне себе уверенно и решительно. Будто бы он для меня ничего не значит. Но одному Богу известно, как именно мне даются эти потуги. Внутри такая буря, что впору разрыдаться и помереть: смесь негодования, непонятных приливов нежности и обиды. – Ослушавшись приказа своего начальника? Верните нас домой! – повторяюсь, аж топаю ножкой для большей бдительности своих слов.

— Ней мне не начальник! Он мой старший брат! – будто бы оправдывается мой рейн, взмахивая руками. – Анна, я… Я должен чтить наше обещание рода! Это наше бремя и обязанность Великого дома! Мне жаль, что я не могу тебе помочь! Правда! Прошу, поверь!

Его взгляд становится какой-то удрученный. Поникший. Потухший. Он будто потерял что-то… или кого-то. Мне хочется пожалеть его. Дотронуться, как тогда в камере и просто поговорить. Черт его дери!

— Аш… - начинает говорить капитан, обращаясь к моему рейну.

— Подожди, Нейшан! – в нетерпении взмахивает тот рукой. – Она должна знать, что домой она не вернется! Никогда! В лучшем случае на Онди 111.

— Это еще почему? – подхожу почти вплотную к Айшану. Тот прямо висит надо мной грозовой тучей. Высоченный. И обалденный. Его глаза будто бы снова загораются и постепенно мутнеют, а он медленно тянет ко мне руку, чуть касаясь моего предплечья своими пальцами. Опять сладкий обжигающий ток по всему телу, разгоняющий тепло, и оседающий где-то в животе, где начинают порхать бабочки от дикого желания. Мужчина наклоняется ниже. Все ниже и ниже… Медленно поглаживая мою скулу и хватая меня за подбородок двумя пальцами, фиксируя его, запрокинув мою голову. Его глаза все ближе. Они обволакивают. Гипнотизируют. Не дают здраво мыслить. Он как удав, хищник, который вот-вот поглотит свою жертву. А жертва – это, естественно, я.