Книга Падение вверх, страница 137 – Татьяна Кадуцкая

— Пока Коста Руссу — главный проклятийник ковена, ты будешь в тени. Он силён и ещё не стар, менять его глупо. А тебе, Лили, надо двигаться вперёд.

Девушка промолчала, хотя о подобных планах Карицкого слышала впервые. Вот, значит, на какую должность он её готовит!

— Разве ты не знал этого раньше?

— Я думал, ведьмак сделает тебя своей помощницей. Ты молода, умна, инициативна, свежая кровь в команде никогда не помешает. А с должности помощника Руссу — всего шаг в руководящий состав ковена.

Откровения ведьмака сегодня удивляли. Но Дамаскинская уже умела держать себя в руках и сейчас пыталась узнать как можно больше.

— Кем ты меня видишь, Гордей?

— Ведьмой из «Круга тринадцати», — чересчур быстро ответил мужчина и добавил: — Ты и сама знаешь, что достойна этого.

Лилия промолчала. Конечно, она понимала, что достаточно сильна для самых сложных и масштабных ритуалов. Испытания на вхождение в первый круг подтвердили это. Ещё несколько лет, чтобы накопить опыт и житейскую мудрость, и можно пробоваться в «Круг тринадцати».

— У нашего главного проклятийника — хороший помощник, — сказала Дамаскинская. — Они вместе почти двадцать лет. Даже я понимаю, что Руссу не будет его менять на молодую ведьму, которая в скором времени может выйти замуж и посвятить себя мужу и детям.

Гордей глянул на неё и улыбнулся. Намёки на свадьбу и семейную жизнь со стороны Лилеи звучали всё чаще.

— Ты права, любимая!

С той поры в их разговорах иногда мелькали фразы о смене работы, но так — мимоходом, словно невзначай. Как и рассуждения о карьерном росте, необходимости самореализации и предназначении. Карицкий больше не заикался об увольнении, но в один прекрасный, солнечный день девушка спросила у него:

— А где, по-твоему, я могу проявить себя и построить карьеру?

Лилея стала преподавателем проклятий и защиты от Тёмной магии в Баранганском университете.

— Работа учителем всегда считалась почётной и благородной. Такая запись в твоей биографии — хороший задел на будущее, — напутствовал её Гордей. — Учи и учись. Воспринимай это как своё очередное задание. Заставь студентов слушать тебя, верить тебе. Стань для них авторитетом, и в будущем, когда эти ведьмы и ведьмаки разлетятся по Ханоруму, у тебя везде будут свои люди.

Дамаскинская неуютно передёрнула плечами.

— Ты для этого нашёл мне место в университете? — осторожно предположила она.

Карицкий загадочно улыбнулся.

— Ступенька за ступенькой, Лилея.

…Баранганский университет был словно государство в государстве. Попав на территорию одного из крупнейших учреждений образования, студенты и гости окунались в совершенно иную атмосферу — уникальную, насыщенную природной магией, энергией молодости и здоровым любопытством. Долгое время ведьмы избегали массовости и предпочитали частных учителей, и только относительно недавно согласились реорганизовать свою систему образования, открыв высшие школы и один единственный ведьмаческий университет в королевстве. Это было новое современное заведение, не обросшее историей и традициями, что давало свободу всем: и студентам, и преподавателям. Здесь идеи витали в воздухе, вольный дух не подавлялся, а приветствовался. А на тренировочных полигонах наставники бегали так же резво, как и подопечные, проверяя теоретические выкладки на практике. Дамаскинская влюбилась в это место раз и навсегда. Возможно, поэтому она больше не размышляла, почему Гордей подталкивал её именно на эту стезю. Девушка просто была ему благодарна. К тому же ей повезло со студентами. Учитывая высокую плату за обучение, в университете практически не было случайных ведьм и ведьмаков. Сюда приходили по велению души, за знаниями и шансом реализовать себя, и от преподавателей ждали не скучных монологов, а интересных рассказов с возможностью задавать вопросы и высказывать свои версии и предположения. Лилея с азартом готовилась к лекциям, просилась на занятия к другим, более опытным преподавателям, вспоминала «изюминки» Амаи Вебер и других своих учителей. Конечно, были и неудачи, но ведьма никогда не сдавалась. Из каждого промаха она извлекала урок и шла дальше. Студенты довольно скоро оценили молодую преподавательницу. А когда на практикуме она веером распустила силу, изолируя помещение, даже у шкодников отпало всякое желание шутить. Кто-то понял, что у Дамаскинской лучше не нарываться, кто-то хотел научиться так же филигранно владеть магией. Цезерина радовалась за подругу, но, как всегда, обращала внимание на малозаметное: